Поскольку состояние здоровья Ю. В. Андропова не улучшалось, возник вопрос о пересадке почки. В связи с этим для консультаций из США был приглашен известный специалист в этой области – доктор Альберт Рубин[1717].
Альберт Рубин (1927–2008) закончил Массачусетский технологический университет и Корнельский медицинский колледж. Посвятив себя медицине, он в 1957 г. провел первый опыт использования гемодиализа, а в 1977 г. осуществил первую в мире пересадку почки. В 1983 г. А. Рубин не только возглавлял больницу в Нью-Йорке, но и преподавал в Университете Рокфеллера. Неудивительно поэтому, что в 2008 г. Дэвид Рокфеллер поставил свою подпись под его некрологом[1718].
Е. И. Чазов утверждает, что А. Рубин был приглашен в Москву только по медицинским каналам и что его визит имел строго конфиденциальный характер[1719]. Действительно, он не привлек к себе внимание прессы. Но это как раз и представляется странным, так как сохранение конфиденциальности этой поездки зависело не только от А. Рубина
Есть в этой истории еще одна загадка. Как мы знаем, в 1983 г. отношения между США и СССР достигли самого напряженного состояния за весь послевоенный период. Поэтому возникает по крайней мере два вопрос: а) был ли в такой ситуации Государственный департамент заинтересован в продлении жизни Ю. В. Андропова? и б) мог ли в таких условиях Ю. В. Андропов рассчитывать на медицинскую беспристрастность А. Рубина?
По словам Е. И. Чазова, А. Рубин нашел состояние пациента настолько тяжелым, что предложил не производить пересадку почки и использовать для поддержания здоровья больного другие средства[1720].
Отчего же тогда, спрашивается, умер Ю. В. Андропов?
Если верить медицинскому заключению, все дело заключалось в том, что «в
Таким образом из медицинского заключения явствует, что до конца 1983 г. состояние Ю. В. Андропова было более или менее удовлетворительным и только в начале 1984 г. произошло ухудшение, а 9 февраля он умер. И хотя в медицинском заключении об этом прямо не говорится, оно подводит читателей к выводу, что все это было порождено почечной недостаточностью.
В связи с этим распространено мнение, что Юрий Владимирович Андропов «умер от отказа обеих почек»[1722].
Но умер он не от этого.
И обострение его состояния произошло не в конце января 1984 г., а на четыре месяца раньше.
1 сентября Ю. В. Андропов провел последнее заседание Политбюро[1723] и на следующий день улетел в Крым[1724].
«В течение длительного времени, – пишет Е. И. Чазов, – сначала в связи с болезнью Брежнева, а затем Андропова – я никак не мог получить почетный диплом в старейшем университете им. Шиллера в Йене (Германия). Звание почетного доктора университета мне было присуждено за комплекс работ в области кардиологии»[1725].
В сентябре, когда Ю. В. Андропов отдыхал в Крыму, здоровье его стало улучшаться. «Воспользовавшись относительно благополучной ситуацией и договорившись с моими немецкими коллегами, – читаем мы в воспоминаниях Е. И. Чазова далее, – я вылетел в Германию»[1726].
В тот самый день, когда должно было состояться вручение диплома почетного доктора, и Евгений Иванович уже собирался в университет, «вдруг появился человек в немецкой военной форме» и сообщил, что виновника торжества просят срочно «соединиться с Москвой по специальной связи». Через 20 минут Е. И. Чазов услышал голос первого заместителя председателя КГБ СССР. В. А. Крючков сообщил ему о резком ухудшении состояния Ю. В. Андропова и попросил «срочно вылететь из Йены прямо в Крым»[1727].
Извинившись перед руководством университета, Е. И. Чазов отправился в аэропорт. Через некоторое время здесь появился вертолет, который доставил его в Берлин. Там на военном аэродроме его уже ожидал Ил-62. Поздно ночью Евгений Иванович был в Симферополе, откуда его сразу же доставили в санаторий, где находился Ю. В. Андропов. «Если не ошибаюсь, – пишет Е. И. Чазов, – это было 30 сентября 1983 года»[1728].
Что же произошло в Крыму?
