Это свидетельство подтверждают документы. В марте 1953 г. партийное бюро юридического факультета МГУ констатировало, что не все студенты «понимают задачу глубокого изучения трудов товарища Сталина». В качестве образца для подражания в этом отношении были названы трое. Первым среди них фигурировал М. С. Горбачев. Когда на партийном собрании факультета ему было предоставлено слово, он счел необходимым упрекнуть не только студентов, но и преподавателей: «Изучение работ И. В. Сталина и материалов XIX съезда обязывает поднять уровень научно-исследовательской работы, но наши профессора и преподаватели, очевидно, не изучили глубоко эти материалы»[1465].
Неслучайно, когда в 1953 г. умер И. В. Сталин и начались кадровые перемены, дальнейшее продвижение М. С. Горбачева по карьерной лестнице застопорилось, а на последнем курсе (1954–1955) он был понижен в «чине» и возвращен в комсорги курса[1466].
Подобную «ортодоксальность» он продолжал демонстрировать и позднее. Так, в мае 1969 г на заседании Бюро крайкома. Михаил Сергеевич принимал участие в «избиении» доцента кафедры философии Ставропольского сельскохозяйственного института Ф. Б. Садыкова за его книгу о противоречиях социализма[1467], а в августе в разборе подобного же дела заведующего Сельскохозяйственного отдела «Ставропольской правды» Г. И. Мирного. Причем если М. С. Горбачев требовал его исключения из партии, крайком ограничился строгим выговором[1468].
Одна из особенностей М. С. Горбачева как руководителя заключалась в том, что он очень быстро и активно реагировал на инициативы вышестоящего начальства. А. Н. Яковлев вспоминал, что впервые услышал его фамилию в 50-е годы, когда была выдвинута идея создания ученических производственных бригад. Еще не успела высохнуть краска соответствующего постановления, как в ЦК КПСС поступила информация, что идея подобных бригад уже успешно реализуется на Ставрополье[1469].
Когда М. С. Горбачев возглавил Ставропольский крайком ВЛКСМ, оказалось, что край отстает от других регионов по степени участия молодежи в комсомоле. Прошло немного времени, и край из отстававших по этому показателю превратился в передовой. Как же удалось добиться этого? Очень просто. Михаил Сергеевич распорядился принимать в комсомол по разнарядке целыми бригадами.[1470].
Подобным же образом Михаил Сергеевич решал и другие вопросы. После того, как в 1961 г. на XXII съезде КПСС была поставлена задача сближения города и деревни, появилась идея ликвидации бесперспективных деревень. Сама по себе она отражала неизбежный процесс перемещения населения из деревни в город и была направлена на более рациональное использование в сельской местности как рабочих рук, так и инфраструктуры.
Проблема заключалась не в том, нужно или не нужно было ликвидировать малонаселенные деревни, а в том, как это сделать, чтобы не пострадали интересы простых людей и выиграло производство. Решение этой задачи предполагало одновременно расширение жилищного строительства и благоустройство в тех селениях, которые предстояло укрупнять. Необходимо было также увеличить автомобильный парк колхозов и совхозов, провести необходимые дорожные работы и т. д. Все это требовало денег и времени.
Став в 1968 г. вторым секретарем крайкома, М. С. Горбачев добился того, чтобы уже 24 декабря того же года крайком принял решение о ликвидации 750 из 1250 населенных пунктов края как бесперспективных[1471].
Между тем жилищное строительство и благоустройство не поспевали за перемещением населения, транспортных средств для доставки колхозников и рабочих совхозов на удаленные поля не хватало. К тому же все это оборачивалось возрастанием расходов рабочей силы и материальных средств на единицу сельскохозяйственных угодий, а значит, удорожанием производства и сокращением его рентабельности.
В 1970 г. Михаил Сергеевич возглавил крайком. К этому времени перед деревней была поставлена важная задача завершения комплексной механизации сельского хозяйства. Исходя из совершенно верной идеи о том, что решение этой задачи лежит на пути создания животноводческих комплексов, М. С. Горбачев развернул строительство овцеводческих ферм. По некоторым данным, за несколько лет на территории края появилось около ста подобных сооружений[1472].
Однако в народе их сразу же прозвали крематориями. Объясняется это тем, что железобетонные сооружения не были приспособлены для содержания скота. Неудивительно, что через некоторое время большинство овцеводческих комплексов, на строительство которых были затрачены миллионы рублей, оказались брошенными и сейчас возвышаются в ставропольских степях как памятники бесхозяйственности.
Но все это было потом. А в 70-е годы Михаил Сергеевич рапортовал о досрочном введении в строй одного комплекса за другим.
Между тем за 1971–1975 гг. Ставропольский край не только не увеличил поголовье овец, а даже наоборот потерял более 2,5 млн. голов. Себестоимость шерсти с 1970 по 1980 г. увеличилась почти вдвое, из рентабельной отрасли овцеводство превратилось в убыточную[1473].
