Кто правит миром? полностью

Израильскую позицию на момент начала Мадридской конференции безошибочно обобщил израильский журналист Дэнни Рубинштейн, один из самых информированных аналитиков по проблеме оккупированных территорий[301]. Он написал, что в Мадриде Израиль и Соединенные Штаты могли согласиться на какую-нибудь форму автономии Палестины, на чем настаивали Кемп-Дэвидские соглашения 1978 года, но это была бы «автономия лагеря военнопленных, которым разрешается “автономно” и без стороннего вмешательства готовить еду либо проводить культурные мероприятия»[302]. Палестинцы получили бы чуточку больше, чем у них было: контроль над местными учреждениями, – а израильская программа строительства поселений продолжалась бы дальше. Во время Мадридской конференции и тайных переговоров в Осло эта программа быстро расширялась, сначала при Ицхаке Шамире, а потом при Ицхаке Рабине, который, придя к власти в 1992 году, хвастался, что его стараниями «на территориях возводится больше поселений, чем когда-либо после 1967 года». Свой ключевой принцип Рабин объяснял лаконично: «Важно то, что находится в границах, а вот где эти границы располагаются, не так существенно до тех пор, пока государство [Израиль] занимает большую часть территории Земли Израильской [Эрец Исраэль, бывшая Палестина] со столицей в Иерусалиме».

Израильские ученые сообщали, что правительство Рабина преследовало цель радикально расширить «зону влияния Большого Иерусалима», протянув ее от Рамаллы до Хеврона и далее – к границе Маале-Адумима рядом с Иерихоном, таким образом «замкнув кольцо непрерывных израильских поселений в зоне влияния Большого Иерусалима, чтобы полностью окружить палестинские общины, ограничить их развитие и исключить любую возможность того, чтобы Восточный Иерусалим мог стать палестинской столицей». Кроме того, велось активное строительство обширной сети дорог – фундамента, на который опиралась вся модель поселений»[303].

Эти программы активно набирали обороты и по окончании переговорного процесса в Осло, включая строительство новых поселений и расширение старых, создание стимулов для привлечения поселенцев, а также строительство дорог, чтобы разбить территорию на районы. По данным организации «Шалом Ашхав», число проектов строительства новых домов, за исключением Восточного Иерусалима, в период с 1993 по 1995 год выросло на 40 %[304]. Правительственные расходы на поселения на этих территориях в 1994 году, спустя всего год после Осло, выросли на 70 %[305]. Davar, издание правящей партии «Авода», сообщало, что администрация Рабина придерживается тех же приоритетов, что ультраправое правительство Шамира, которое она сменила. Утверждая, что строительство поселений заморожено, «Авода» в действительности «оказывала им большую финансовую помощь, чем когда-либо правительство Шамира», расширяя поселения «повсюду на Западном Берегу реки Иордан, даже на самых спорных участках»[306]. Подобная политика проводилась и в последующие годы, в том числе легла в основу программ правительства Нетаньяху. Ее цель – обеспечить контроль Израиля над сорока, а то и пятьюдесятью процентами Западного берега реки Иордан, а остальное поделить на районы, подчинить Израилю, захватившему Иорданскую долину, и, в нарушение достигнутых в Осло договоренностей, отделить от Газы, чтобы ни одно потенциальное палестинское образование никогда не получило доступа к внешнему миру.

Интифаду начали и провели внутренние палестинцы. ООП, обосновавшаяся в Тунисе, пыталась как-то контролировать события, но безуспешно. Программы, реализованные в начале 1990-х годов, когда велись переговоры, углубили раскол между «внутренними палестинцами» и «заграничным» руководством ООП.