1. организовать прочную оборону и прикрытие госграницы, используя для этого все войска приграничных округов и почти всю авиацию, назначенную для развертывания на западе;
2. разработать детальный план противовоздушной обороны страны и привести в полную готовность средства ПВО.
По этим вопросам мною отданы распоряжения и разработка планов обороны госграницы и ПВО полностью заканчивается к 1.06.41 г.
Состав и группировка войск прикрытия — согласно прилагаемой карты.
Одновременно необходимо всемерно форсировать строительство укрепленных районов, начать строительство укрепленных районов на тыловом рубеже Осташков, Почеп и предусмотреть строительство новых укрепленных районов в 1942 году на границе с Венгрией, а также продолжить строительство укрепрайонов по линии старой госграницы.
…IX. Прошу:
1. Утвердить представляемый план стратегического развертывания вооруженных сил СССР и план намечаемых боевых действий на случай войны с Германией;
2. своевременно разрешить последовательное проведение скрытого отмобилизования и скрытого сосредоточения в первую очередь всех армий резерва Главного Командования и авиации;
3. потребовать от НКПС полного и своевременного выполнения строительства железных дорог по плану 41 года и особенно на Львовском направлении;
4. обязать промышленность выполнять план выпуска материальной части танков и самолетов, а также производства и подачи боеприпасов и горючего строго в назначенные сроки.
5. Утвердить предложения о строительстве новых укрепрайонов.
Приложения:
1. схема развертывания на карте 1:1 000 000, в 1 экз.;
2. схема развертывания на прикрытие на 3-х картах;
3. схема соотношения сил, в 1 экз.
4. три карты базирования ВВС на западе.
Рукопись, подписи отсутствуют (ЦАМО, ф. 16а, оп. 2951, д. 237, л.л. 1–15)»
Прочитали? А теперь посмотрим, как же «Жуковы» собирались начинать войну и что из этого вышло. Ведь поклонники В. Резуна уверены, что именно по этому «плану» Сталин готовился нападать «6» июля, и в итоге и начала Красная армия войну с размещением войск по этому плану. Однако это не так.
Генерал М. А. Гареев дал вполне чёткое объяснение того, что готовили военные в случае нападения на СССР Германии — немедленное перенесение войны на территорию противника, немедленное наступление на напавшего врага, с нанесением «мощных фланговых ударов». И подтверждается это «Директивой № 3» от 22 июня 1941 года. Которая не была ни «импровизацией», ни тем более «истерикой», как уверяют многие историки.
Текст «Директивы № 3» для КОВО:
«г) Армиям Юго-Западного фронта, прочно удерживая госграницу с Венгрией, концентрическими ударами в общем направлении на Люблин силами 5 и 6 А, не менее пяти мехкорпусов и всей авиации фронта, окружить и уничтожить группировку противника, наступающую на фронте Владимир-Волынский, Крыстынопалъ, к исходу 26.06 овладеть районом Люблин. Прочно обеспечить себя с краковского направления».
Таким образом, Жуков пытался задействовать в этом наступлении «на Люблин» «23 июня» практически все основные силы округа!
Формально Жуков не стал наносить удар в направлении на Краков, ведь это направление было определено на случай нашего «превентивного» нападения. 22–23 июня Жуков пытался отрезать саму «Люблинскую группировку» войск. Но какой, к лешему, может быть «Люблин» 22 июня?! Если уж проспал нападение, позволил противнику нанести удар первым — уходи в оборону, изматывай противника и перемалывай его войска, подготавливая свое контрнаступление! Но Жуков рвался наступать силами КОВО, а ведь в реальности у него еще и часть войск отобрали в помощь Белоруссии.
Вот что рассказал об этом все тот же генерал-полковник А.П. Покровский в 1968 году, еще до выхода в свет мемуаров маршала Жукова:
«…на Юго-Западном фронте побывал Жуков, в самые первые дни организовал там наступление с лозунгом: «Бить под корень!» На Люблин. Из этого наступления ничего не получилось. Погибло много войск, мы потерпели неудачу. Жуков уехал в Москву. Правда, потом он говорил, что это наступление было организовано по приказанию Сталина…»
(«Беседа К.М. Симонова с бывшим начальником штаба Западного и Третьего Белорусского фронтов генерал-полковником Покровским Александром Петровичем. Записана 26 мая 1968 г. Запись беседы печатается по оригиналу, находящемуся в архиве К.М. Симонова, в его семье, с сохранением всех особенностей речи Александра Петровича»). Размещено на сайте
