Принципиально, но устно согласиться на такое, да еще во время конфиденциальных переговоров — это одно, а вот письменно санкционировать это воровство совсем иное дело. Именно эту-то проблему Буллит и обсуждал с ним, о чем прямо не пишет даже в своих мемуарах. Тем не менее, указав, что «вождь» согласился на фактическое признание всех де-факто существующих на территории России правительств, Буллит фактически показал, что в первую-то очередь его интересовало признание Лениным Колчака! Ведь именно на него, Колчака, в конечном итоге и была сделана ставка Антанты. В документах британской разведки, Государственного департамента США, в личной переписке «серого кардинала» американской политики времен Первой мировой войны — полковника Хауза — А.В. Колчак прямо назван их двойным агентом![203] Так вот, Буллит и Ленин, судя по всему, договорились о следующем. Ленин дает свое согласие на то, чтобы ряд российских территорий был бы сворован Антантой, но при одном условии — чтобы письменное оформление этой грязной сделки осуществлял лично Колчак. Ради этого он согласился притормозить сопротивление Колчаку в Сибири (против чего, кстати говоря, отчаянно протестовал Сталин), чтобы тот успел сделать то, что ему собиралась поручить Антанта. Уже 26 мая 1919 г. Верховный Совет Антанты направил Колчаку ноту, в которой, сообщая о разрыве отношений с советским правительством (как видите, Антанта сохраняла свои отношения с Лениным до указанного времени; разрыв же был оговорен с Лениным), выразил готовность признать его за верховного правителя России!? Однако при этом было выдвинут жесткий ультиматум — Колчак должен был письменно согласиться на: 1. Отделение от России Польши и Финляндии. 2. Передачу вопроса об отделении Латвии, Эстонии и Литвы (а также Кавказа и Закаспийской области) от России на рассмотрение арбитража Лиги Наций в случае, если между Колчаком и марионеточными правительствами этих территорий не будет достигнуто необходимого Западу соответствующего соглашения! Попутно Колчаку предъявили еще и ультиматум. Чтобы он признал за Версальской «мирной» конференцией право решать судьбу также и Бессарабии (ее оттяпала Румыния).
12 июня 1919 г. Колчак дал необходимый Антанте письменный ответ, который она сочла удовлетворительным. В результате какой-то адмиралишко одним махом уже второй раз (то есть после Брест-Литовского договора) перечеркнул все завоевания многих поколений, не один век собиравших Великую Державу![204] То был по-своему гениальный, но в высшей степени иезуитский ход Запада!
Однако предпринятый Лениным еще 13 ноября 1918 г. натиск на Прибалтику был запоздалой реакцией. На равных с Западом «играть в политику в географии» в тот период времени он не умел. Сила в тот момент была на стороне Англии и Антанты. Прибалтики Россия тогда лишилась. В том числе и потому, что тот натиск на нее был осуществлен под идеологическим лозунгом — «прийти на помощь германской революции», что было конкретным проявлением господствовавшей тогда в сознании Ленина идеи «полевой революции» как неотъемлемой составной части «мировой революции». А Западу совершенно не нужна была социалистическая революция в Германии, да еще и с помощью «русской революции». Ему нужна была всего лишь буржуазная революция, то есть надлежало лишь скинуть кайзеровскую монархию. Естественно, что морально, а частично и материально поддержанные Антантой тевтоны отбили атаку Ленина и К° в Прибалтике — даром, что ли, был подписан секретный подпункт к ст. 12 Компьенского соглашения! Затем поддержанные Антантой прибалты от всей своей прибалтийской душонки столь «горячо поблагодарили» тевтонов, что от полученного пинка под зад те летели аж до Берлина! Вот это и называлось в ст. 12 «...как только союзники признают, что для этого настал момент, приняв во внимание внутреннее положение этих территорий».
