Начались и государственные реформы. Вместо петровских коллегий создавались министерства. А на основе неофициального «комитета общественного спасения» был учрежден уже официальный орган, Непременный совет – позже переименованный в Государственный совет. Ему дали еще не законодательные, а законосовещательные права, и сам он был не выборным, а назначаемым. Но все равно это была первая, еще предварительная ступенечка к ограничению Самодержавия! Очень широко стал пропагандироваться и масонский лозунг «просвещения». Создавались новые учебные заведения. При этом методики обучения перенимались сугубо западные. Университетский устав утвердил сам царь. Высшие учебные заведения получили значительную автономию, становились «школами демократии».
Михаил Сперанский – либеральный реформатор, член Государственного совета. Вероятно, один из теневых руководителей заговора декабристов
К крепостному праву и Александр I, и его либеральные советники относились однозначно: как к «варварству», мешающему пережитку прошлого. Но любые конкретные шаги в данном направлении парализовывались реальностью – ведь сами реформаторы жили трудом крепостных. А государственная система Александра снова опиралась на дворянство, рушить благосостояние помещиков никак не могла. Царь смог позволить себе только издать в 1803 году указ о вольных хлебопашцах. Хозяева получали право на тех или иных условиях освобождать крепостных, без земли или с землей. Это привело к тому, что предприимчивые крестьяне, сумевшие накопить кое-какие деньги (еще Екатерина II дозволила им и поощряла развитие промыслов, ремесел), стали выкупаться на волю. Гораздо реже отдельные дворяне безвозмездно освобождали крепостных (например, вписывали такой пункт в завещания). Широкого распространения система не получила, за все время царствования Александра I по его указу освободилось около 47 тысяч крестьян.
Ну а для масонов в России настала золотая пора. Их ложи снова стали действовать почти в открытую, во главе «вольных каменщиков» встали Лопухин, Ковальков, Невзоров. Один из «друзей юности» царя Александр Голицын занял должность обер-прокурора Синода. Сам он в вопросах православия плавал более чем вольно и на эту должность попал только из-за близости к государю. Хотя Голицын был не только масоном, а по совместительству еще и гомосексуалистом. Целиком находился под влиянием Родиона Кошелева, высокопоставленного оккультиста (и по некоторым данным – иллюмината). Он тоже занимал высокие посты – был гофмейстером двора, членом Государственного совета. Под покровительством Кошелева возникло мистическое общество «Новый Израиль». В него вовлекли царского брата (и наследника!) Константина Павловича. Общество собиралось в его покоях.
Под эгидой Голицына масон Александр Лабзин отбросил запрет Екатерины на печатание духовной литературы в светских типографиях. Начал издавать религиозный журнал «Сионский вестник», духовные книги. К «просвещению» в России энергично подключились иезуиты. Открыли свои учебные заведения в Петербурге, Могилеве, Витебске, Астрахани, Саратове, Моздоке, Одессе, Москве. Иезуитские школы считались престижными, их заканчивали многие аристократы. При таких «духовных властях» активизировались и сектанты. Среди преступников, реабилитированных Александром I, были осужденные его отцом скопцы во главе с Селивановым. В Санкт-Петербурге опорами секты были финансовые воротилы Ненастьев, Костров, Солодовников. С 1802 года Селиванов стал открыто проповедовать в столице. В высшем свете пошла молва о его «пророчествах». К нему потянулись за предсказаниями.
А любимцем Александра I со временем стал Сперанский, оттеснив своих прежних покровителей из «негласного комитета». Царь поручил ему заняться кардинальными проектами переустройства всей России. Но углубиться в эти планы не позволила международная обстановка. Принятие в состав России Восточной Грузии вызвало войну с Персией. А Наполеон провозгласил себя императором. Развернул борьбу за европейское господство. К России снова обратились Австрия с Англией, и Александр вступил в коалицию против Бонапарта. Даже сам отправился в действующую армию. Причем перед этим не побрезговал посетить скопческого «христа» Селиванова – получив от него «пророчество», что с Наполеоном сейчас воевать не надо. Дальнейшее известно. Царь пренебрег советами Кутузова, увлекшись планами австрийских «авторитетов», и последовал страшный разгром под Аустерлицем.
