– А почему должна была?
– Да потому что… я его знаю. – Джулиан вернул мне телефон. – Это Иен.
– Иен, – эхом откликнулась я. Эдриан всегда хотел, чтобы мы звали его Иен, но родители не воспринимали прозвища и по той же причине отказывались называть меня Мика. А потом в нашей школе еще и появился мальчик по имени Иен Гэррингтон, так что Эдриан так и остался Эдрианом.
Джулиан кивнул.
– Я ведь рассказывал тебе о нем. Это… – запнулся он. – Это тот мой знакомый, который мог бы заинтересоваться билетом на концерт «Высшего пилотажа». Я… – он снова тряхнул головой и усмехнулся, правда, совсем не весело. – Проклятье, Мика! Если бы я только знал, что Иен – это и есть Эдриан, я бы тебе сказал. Ты должна мне поверить. Я даже не знал, что у него есть сестра. Да и к тому же вы ведь и правда не похожи. Ни капли. Даже я больше похож на Эдриана, чем ты.
Разумеется, он прав, но черт! Я чуть не лопалась от злости. На Джулиана, который скрывал эту часть жизни от меня. На Эдриана, который, судя по всему, даже не счел нужным ни разу упомянуть о сестре. И на саму себя, что не узнала обо всем этом раньше. Как много нервов, потраченных из-за неопределенности этих месяцев, удалось бы тогда сберечь.
– Мика! – взволнованный возглас вырвал меня из потока мыслей, и разговор с Джулианом тут же остался где-то на задворках сознания.
Обернувшись, я увидела спешащего ко мне Эдриана. Улыбка озаряла его лицо.
Пульс, и без того уже зашкаливающий, подскочил еще выше. Я вздрогнула, хотела броситься ему навстречу, но Эдриан в одно мгновение оказался рядом и заключил меня в объятия. Изо всех сил – а мой брат тот еще силач – обнял меня. Я закряхтела, ноги оторвались от земли: он приподнял меня. Эдриан всегда так обнимался, потому что знал, что я это терпеть не могу. Но теперь это было неважно.
Я обнимала его в ответ, уткнувшись лицом в грудь, пытаясь скрыть слезы, текущие по щекам. Эти объятия – самые родные на свете. Но не дай бог, Эдриан заметит, что я распустила нюни – непременно станет дразнить, хоть слезы и текут от облегчения. Пять долгих месяцев я так боялась, что больше не увижу его, но теперь он здесь. Со мной. И я никогда больше его не отпущу. Если понадобится, надену ему на ногу браслет с чипом.
Эдриан прижал меня к себе еще крепче, да так, что я почувствовала, как смещаются органы, а потом наконец опустил на землю.
Ноги сразу подкосились. А я не могла налюбоваться на братца. Высокий, гораздо выше меня, да еще и широкоплечий – понятно почему, ведь когда-то он был капитаном команды пловцов. Почему-то мне казалось, что Эдриан будет выглядеть иначе, чем когда я видела его в последний раз: более зрелым, взрослым, однако он совсем не изменился. Озорство все так же искрилось в его карих глазах, и он так и ходил с трехдневной щетиной, скрывавшей ямочку на подбородке, которая почему-то ему ужасно не нравилась. Только светлые волосы стали длиннее.
– Здравствуй, солнышко, – поприветствовал он меня и еще больше расплылся в улыбке.
– Ну привет, Вонючка. – Я ударила его по плечу так, что аж пальцы захрустели. – Чего это ты удумал так просто взять и сбежать?
– Ауч! – застонал Эдриан, потирая руку. Улыбка исчезла с его лица, брови сдвинулись. – Синяк будет, зуб даю.
– Не ответишь, вдарю по второй! – на полном серьезе пригрозила я.
Жалко ли мне, что я ему вмазала? Немного. Заслужил ли он это? Определенно да. Как и семь лет назад, когда он бросил мою любимую игрушку в реку. В тот день он спрятался за мамой, но сейчас ее нет рядом.
– Нет, Джулис, ну ты слышал? – с наигранным негодованием спросил Эдриан. Продолжая тереть руку, он обращался к Джулиану, стоявшему у меня за спиной. – Не хочешь помочь? Я думал, насилие тут не в почете.
Капитулируя, Джулиан поднял руки.
– Я не вмешиваюсь. Но советую переместиться в другое место, если не планируете превращать разговор в театральное представление.
Многозначительно он развел руки в стороны. Многие из сидевших в саду молодых людей оторвались от своих занятий и бесед, чтобы посмотреть наш маленький спектакль.
Я вздохнула.
– Согласна. Ты голоден?
Эдриан перестал потирать плечо.
– А я когда-нибудь бываю сыт?
С ним не поспоришь.
– Пицца?
– Всегда за.
– Хорошо, значит, ты платишь.
Эдриан было открыл рот, чтобы запротестовать, но так же быстро закрыл. Может быть, понял, что все-таки передо мной виноват. Однако одной пиццы недостаточно, чтобы загладить вину за тот ад, что я пережила за последние несколько месяцев. Хотя для начала и пицца – неплохо.
– Откуда ты знаешь Джулиса? – прозвучал первый вопрос Эдриана, после того как мы покинули «Радужный купол» под любопытные взгляды других посетителей. Теперь мы уже сидели в машине, и я снова оживила двигатель, включив зажигание.
