Нашёл чем пугать капитана Евангелиона!
Тем временем, ахая и охая девчонки продолжили изучение артёмовского подарка. Картина получилась достойная кисти самого Рафаэля - три юные красавицы, дружно спрятавшие носики в огромном букете роз невиданного в природе цвета.
Впрочем, парни также восторженно любуются моими напарницами.
По хитрому, как у дедушки Ленина, прищуру его сослуживца, я сразу понял, что уже этим вечером весь гарнизон будет знать о данной встрече.
Не, не зря Баскаков её Катастрофой кличет.
Действительно, на горизонте замаячила знакомая фигура генерал-майора Кондратенко. Повезло нам - выскочи дядя на крылечко минутой раньше и не миновать Артёму командирской головомойки.
- Ладно,
- Ну ладно, удачи, ещё увидимся, Синдзи.
- Ещё увидимся! - я ринулся прочь, таща на буксире недовольно засопевшую Сорью - как же, не дал, гад такой, перед парнями пёрышками поблистать! Следом потопала , как всегда, невозмутимая Рэй. Замыкала нашу колонну почти скрывшаяся синеве букета Каору, торопливо попрощавшись со своей "жертвой":
Всё-таки, Кондратенко молоток - найти и оперативно доставить такой подарок сумеет не всякий. Впрочем, в нашем спецназе, тем более в этой реальности, олухи не водятся. И, тебе, Вить стоит поучиться у него наблюдательности - полгода здесь живёшь, почти каждый день по улицам ходишь и ни хрена видишь, а он - с первого раза "срисовал".
Ну и где же этот цветочный? А, то, Лэнгли, вдоволь налюбовавшись букетом, уже так многозначительно на меня поглядывает. С намёком. Что, мол, подобные цветы неплохо смотрелись бы и в её руках. Кстати, да - синий цвет был ей и... Аянами к лицу. Блин, только бы там ещё оставались синие розы. Хочется всё-таки девчонок порадовать - чем я хуже Артёма?
Небольшой, но весьма презентабельного вида цветочный салон обнаружился почти в трёхстах метрах. Увидев, где он находится, я ещё больше зауважал старлея. Пробежать три сотни метров туда и обратно за две-три минуты (да ещё и время на покупку) и не выглядеть при этом загнанной лошадью - это, знаете ли, надо суметь.
Разумеется, чисто синих был только один букет, который, ныне пребывал в руках Четвёртой. Оставалось ещё два. Двухцветный и трёхцветный. И, главное, как раз для моих напарниц. Синие с жёлтыми идеально подойдут Аске, а сине-красно-белый букет - Рэй.
Проходя мимо витрины, я бросил взгляд на ценник рядом с пустующим местом и едва не присвистнул - покупая сей букет, старший лейтенант российских миротворцев обеспечил хозяина магазинчика если не недельной, то уж точно дневной выручкой. Ещё одну дневную прибыль прямо сейчас обеспечит уже капитан НЕРВ-Япония.
В результате наших с Артёмом бесчинств были осчастливлены четыре девушки - три пилота Евангелиона и одна молоденькая продавщица цветочного салона.
- Фройляйн Лэнгли! - удивление в глазах Сорью стремительно вытеснялось восхищением. - Эти цветы будут прекрасно смотреться в Ваших руках.
- Рэй-оонээ-сама, а этот букет достоин только тебя.
Изумлённые вздохи и море восхищения в голубых и рубиновых глазах.
- Спасибо, Синдзи. - Первая осторожно прижала букет к груди.
- Синдзи, ты, всё-таки, романтик! - Лэнгли беззаботно, по-детски рассмеялась, затем, спрятала нос в букете. - М-мм, как пахнут... живые...
- Ну не всё ж мне быть солдатом.
- А разве не ты говорил, что ты всегда на войне.
- Говорил, Лэнгли, и от своих слов не отказываюсь. Но, война войной, а свидание - свиданием.
- Давай ты хотя бы на сегодня снимешь маску солдафона, Син. - неожиданно тёплым тоном предложила рыжая красавица и, тут же азартно встрепенувшись, сменила тему. - Mein Gott! Скорее бы понедельник! Я, наконец-то, смогу снова пилотировать свою Еву!
- Ну, не с понедельника, Сорью, это точно. - надо бы остудить пыл Второй. - Электронику ещё надо установить. А, это дело не одного и даже не двух дней. Тем более, что спешить особо не будут - у НЕРВа итак три абсолютно исправных юнита, да ещё новый прибыл.
Рыжая грива яростно хлестнула по плечам:
- Пусть только попробуют резину потянуть! Я в ангаре сутками буду находиться! В худшем случае - отберу у новичка его Еву.
- А, он тебе позволит? - вкрадчиво интересуюсь у вошедшей в раж спутницы.
- Куда он денется. - небрежно отмахнулась Сорью. - Он же новичок, салага! И, должен уважать матёрых ветеранов.