- Увы, но это так, командир... не судьба нам соединить наши сердца...
- Си-ин, ты разбиваешь моё сердце...
- Ничего, утопишь свою печаль в пиве - я тебя знаю.
- Синдзи, паршивец!!!
- Клоуны! Причём, ещё и озабоченные. - забираясь с ногами в кресло, вынесла окончательный вердикт Сорью. - Первая не пропустит мимо ни одного неженатого парня, второй готов броситься на любую симпатичную девчонку уже спустя всего две недели после предложения руки сердца.
- Аска, чья бы корова мычала! Из тебя получается порой клоунесса похлеще Мисато с МиниМи вместе взятых.
- Скоморох ты несчастный, Икари! Как и все твои дружки. - тут же огрызается рыжая красавица.
- Уии-ии...!! - вселенская скорбь в карих очах чернобривой паршивки уступает место такому же вселенскому умилению. - Вы ссоритесь как молодожёны! Аска, ну, пожалуйста, скажи прямо сейчас: "Да". А я вас тут же объявлю мужем и женой! И учитывая, что сейчас выходной, то у вас достаточно времени на...
- Ми-иса-ато-оо...
- Не поддавайся на её провокацию, Аска. Она просто завидует тебе.
- Конечно, завидую! Было бы мне пятнадцать или был бы Синдзи понаглей...
Нет, ну это совсем, целомудренная ты наша! И так не знаешь, куда от её приставаний (да Нагисиных провокаций) деваться!
- Увы, Мисато, но я свой выбор сделал ещё в госпитале, когда решил связать свою судьбу с прекрасной фройляйн Лэнгли.
Прекрасная фройляйн Лэнгли с рычанием огляделась в поисках чего-то, чем можно было запустить в своего суженного. Так и не обнаружив ничего подходящего, немка взялась было за подушку, но передумала - видимо, комфорт для японо-американки всё оказался важнее мести.
Мисато тут же возмущённо взвивается:
- И от кого это я это слышу?!! Разве не с тобой моя непутёвая сестрёнка на той вечеринке прилюдно целовалась?
Scheisse, опять осенний сабантуй мне боком выходит!
- Это была инициатива МиниМи в невменяемом состоянии - на пьяную голову!
Сорью фыркнула. Майор же мгновенно выставила новый аргумент:
- А не тебя ли мы с Аской вместе с Габриэллой в одной постели в августе застукали?
Сорью хрюкнула.
- Это была инициатива Габри, невменяемой после ранения!
- А не ты ли на следующий день после поцелуя с МиниМи страстно целовался с Аской.
Сорью поперхнулась.
- Командир, я... э-э
- Вы оба были невменяемыми, так и не отойдя от пьянки? Ню-ню...
Ну, теперь, хоть, пыхтеть и краснеть в одиночку мне не придётся. Есть, значит, справедливость в этом мире.
А неугомонный наш командир же уже наносила контрольный удар.
- А не у тебя Аска ночевала в день приезда нагисиной мамы?
Сорью закашлялась. Упс, в десяточку, с накрытием и попаданием. Значит, Мисато знала и молчала! Вот паршивка!
- М-мисато-о ...
- И после этого ты ещё и отвечаешь отказом на предложение руки и сердца нашего Сина? И после такого ещё хватает наглости утверждать, что ты приличная девушка? - торжествующая Кацураги снова мгновенно преобразилась в страдающую. - Как же ты так можешь, Аска?!
Лэнгли метнула в меня свой коронный бешенный зырк.
- Ничего такого не было!!!
Ржала Кацураги долго и от души.
- Ох, не могу. - вытирая слёзы, опекун снисходительно оглядела подопечных. - Ребята, неужели вы думаете, что я не способна заметить то, что у меня под носом происходит?
- Между нами ничего такого не было! - поняв, что отпираться бесполезно, Аска тут же сменила тактику. - Я как и Габриэлла...
- Ню-ню... - приподняв правую бровь, майор коварно поинтересовалась. - А ты к Сину не в этой ли ночнушке завалилась?
Есть контрольный выстрел! Казалось, ещё чуть-чуть и из акуратных ушек немки со свистом наружу рванут струйки перегретого пара.
- Mein Gott!! Между нами ничего не было!
- Серьёзно, командир, мы с ней не гм... ничем таким не занимались.
- Да знаю я, знаю, ребята. - взгляд Мисато, секунду назад полный коварства и ехидства, стал спокойным, понимающим. - Думаете, я не догадываюсь, что вам в тот вечер не до веселья было. У нас ведь у всех тогда на душе хреново было.
- Да... Мисато, мне тогда было так тоскливо... одиноко... и меня замучили кошмары... поэтому... поэтому, я и пошла к Синдзи. - представляю, скольких усилий стоило Сорью это признание.
- И правильно сделала. - одобрение в голосе Кацураги было совершенно серьёзным. - Было бы куда хуже, если бы ты осталась одна. Как я...
В комнате повисло неловкое молчание. Прерванное грустным вздохом Мисато:
- Если бы ты знала, Аска, как я тебе тогда завидовала... да и сейчас завидую. У тебя ведь есть тот, к кому ты можешь прийти, поплакаться, кто тебя просто обнимет и прижмёт к себе, поможет пережить одиночество.
И снова командир права - Аске в свои четырнадцать куда проблематичней справляться с нахлынувшими проблемами, переживать одиночество и боль душевных ран. Недостаточно для этого ни жизненного опыта, ни выработанной годами выдержки и терпения. В четырнадцать всё видится чёрно-белым, а неисправленная несправедливость запросто может стать причиной добровольного ухода из жизни... или внутрь себя...
- Эх. - снова вздохнула опекун и, беззаботно улыбнувшись, продолжила провокацию. - Но всё же, ты могла бы и не останавливаться на полпути.
