От неожиданности, я испуганно взмахнула руками и начала неловко заваливаться. Бдительная Сэльма тут же меня подхватила, но ноги уже не слушались и я повисла на ней бесполезным грузом, сцепив зубы от боли в подвернувшихся стопах. И всё-таки гад. Кто ж так пугает?!! Однако ничего такого я конечно же не сказала. Нам вообще-то контакт нужно налаживать. Поэтому ухватившись за шею гораздо более высокой, чем я в этом теле, Сэльмы, попыталась развернуться, чтобы посмотреть на короля.
Он обнаружился гораздо ближе, чем я думала. Эти высокие сапоги, оказывается, весьма бесшумно ступают. Или не в сапогах дело. Какие глупости в голову лезут, когда от волнения сердце из груди выскакивает. Яргард стоял совсем рядом и прожигал меня очень внимательным и подозрительным взглядом. Да-да вот я вся, жутко опасная и коварная.
— Здравствуйте, ваше величество. — здороваюсь, поборов вбитую в рефлексы улыбку. Вряд ли, он от меня этого ожидает. — Выполняю вашу волю, пытаясь поставить себя на ноги к приезду послов.
Очень надеюсь, что Тайрэн отцу ничего не сказал. Всё-таки, я хочу сама это сделать. Мне кажется, мальчику хватило того, что он не должен был выбирать — быть честным с отцом, или хранить секрет мамы, зная, что может рассказать, если понадобится. Вот я и надеялась, что не понадобилось.
— Сэльма, оставьте нас. — приказал король.
— Сейчас, ваше величество. — пробормотала моя сиделка, и попыталась поднять меня на руки, чтобы отнести на кровать.
— Я сам. — резко бросил он и шагнул ближе. Правда, заметив, как вздрогнула бедная целительница, втягивая голову в плечи, смягчил тон. — Идите, Сэльма.
И прежде чем я успела опомниться, меня уже подхватили сильные мужские руки, обжигая озябшее тело через тонкую сорочку. Моя сиделка присела в каком-то подобие книксена, если не ошибаюсь, и поспешно унесла ноги из зоны боевых действий.
— Тайрэн передал мне твою просьбу о разговоре. — сухо сообщил Яргард и вместо кровати, понёс меня к креслам и столику у окна. — О чём ты хотела поговорить, Тэрэса?
— Он не сказал? — спросила я с облегчением, когда меня усадили.
— Нет. А должен был? — сощурились холодные глаза.
— Не должен. Просто, я не просила его молчать.
— Не просила. — тянет он — Не похоже на тебя, дорогая супруга. Я уже не помню, когда ты последний раз что-нибудь просила. Какую игру ты ведёшь? — этим взглядом можно вены вскрывать, такой острый.
— Не знаю, о чём вы. Мне нужно вам кое-что сообщить.
Говорю, а сама вижу, что абсолютно точно делаю это не так, как король ожидает от меня. Ну что ж. Логично.
— Я слушаю. — бросает он, усаживая меня.
— Я ничего не помню. — шагаю я в омут с головой.
Ха. Удивила я тебя, такого сурового и сердитого. Король застывает на миг ошарашенно, а потом переспрашивает подозрительно.
— Что именно ты не помнишь, Тэрэса?
— Ничего. Абсолютно. Вот очнулась и даже не знала, кто я, где и что меня зовут Тэрэса.
Голубые глаза вспыхивают яростью. Яргард подрывается на ноги и нависает надо мной.
— Что за бред ты несёшь?!! Я что, по твоему, должен в это поверить? Ты меня за последнего идиота держишь?!! — с каждым словом его тон всё повышался, пока не превращается в откровенный ор.
Да что ж ты нервничаешь так?!! Голова болит немилосердно, Сэльма ведь ушла, не успев меня подлечить после титанических усилий ради двух шагов. И сейчас от дурноты и его ора я едва не теряю сознание.
— Ответь мне, Тэрэса!!! Ты и Тайрэну эти байки рассказала? Надеешься, что он будет считать тебя другой и опять доверится? Не смогла убить меня, хочешь угробить сына своей "любовью"?!!
Я отшатнулась испуганно, когда услышала это. Нет!!!
— А что?!! Это ведь прекрасный план! Тебе мало Эмины!!! Тебе мало отравлять мне жизнь каждый день! Ты хочешь отнять у меня самое дорогое, что осталось? Хочешь окончательно растоптать его сердце, только чтобы нагадить мне?!! — прорычал разъярённый король прямо над моей склонённой головой.
— Нет! Нет! Нет! — забормотала я, глотая обжигающие слёзы.
Боже, зачем я это сделала? Зачем втянула мальчика? Глупая, глупая, самонадеянная дура! На что я рассчитывала? Что король поверит женщине, отравляющей его жизнь одним своим существованием? Видимо, мне всё-таки не удалось отделить себя от королевы и учесть то, как относятся к ней. Я для него — она, ненавистная, подлая тварь, способная на самые мерзкие поступки. Он никогда мне не поверит. Что же делать? От накатившего отчаяния и, чего уж там, дикого страха я уже, не скрываясь, плакала, даже не пытаясь поднять руки, чтобы вытереть слёзы. Силы покинули меня. И в этот момент казалось, что и не вернутся уже больше. Никогда я ещё не была так близка к тому, чтобы сдаться.
— Простите! Я ничего такого не хочу! И Таю не желаю зла. И вам. Простите! — бормочу я, заливаясь слезами, пытаясь сжаться до размера горошины под этим яростным взглядом, спрятаться от его гнева и собственного чувства вины.
