Саша купила билет, заняла свое место у окна и любовалась деревнями, фермами, холмами, что проносились за окном. Автобус обещал довезти до Колле за 48 минут, а значит у нее было достаточно времени погулять в городке и вернуться обратно засветло.
Автобус петлял среди холмов, поднимаясь вверх и спускаясь вниз, нырял в узкие дороги под разросшимися кронами деревьев. На расстоянии показались башни Сан Джиминьяно, но автобус обошел знаменитый городок стороной, и Саша напрасно всматривалась вдаль, чтобы увидеть вдали башни любимого Кастельмонте. Но сердце все равно екало, как всегда, в этой части Тосканы.
– Обязательно съезжу на неделе в Кастельмонте, тем более что с отцом Симоны лучше поговорить лично, а не по телефону, – пообещала себе девушка.
Оставалось примерно 10 минут до Колле, как за окном вдалеке мелькнула небольшая деревня, а на таблице у дороги указатель сообщал, что перед ними Dama Bianca.
Саша вскочила с места, подбежала к водителю:
– Остановитесь, пожалуйста!
– Что ж раньше-то спала! Чуть не проехали. Эх, молодежь! – заворчал старенький водитель, но дверь открыл.
Саша осталась одна среди полей, расчерченных виноградниками и неизвестными ей посевами, возле указателя, откуда грунтовая дорога вела в рощу.
Минут через 10 она добрела до деревни и, войдя через распахнутые кованные ворота оказалась в прошлом, как это часто случается в таких местах. Борго оказалось крохотным, 3-4 улицы вились вокруг центральной площади с традиционной церквушкой. Цвели розовые кусты, горечью наполняла воздух лаванда, давно отцвел жасмин, и все это были совсем не ухоженные садовые растения, а дикие, разросшиеся по собственной прихоти посреди крохотной деревни.
Розмарин превратился в настоящее дерево, гораздо выше человеческого роста, и Саша еле удержалась, чтобы не оторвать несколько веточек.
Старые терракотовые горшки прислонились к дверям церкви, Цветы в них засохли жарким летом, и никто не заменил их к осени. Лишь в одном горшке бурно росло оливково-серое растение, которая Саша, совсем не ботаник и не садовод сразу узнала – это был шалфей, salvia. На шалфее сидел огромный сверчок- или это была цикада, а может и вообще саранча – и с таким явным аппетитом пожирал листья, что казалось, сейчас послышится довольное чавканье.
Ни одного автомобиля на виду, хотя как без них выберешься из деревни! И воздух был так чист, что его хотелось пить, у Саши даже закружилась голова.
Единственный маленький бар, который, не смотря на все современные коммуникации, традиционно остается главным местом для обмена новостями, закрыт.
Саша прошла еще немного и остановилась, вдыхая горьковато-сладкий запах, очень яркий, но незнакомый.
Открылось окно в одноэтажном каменном доме, за Сашей с любопытством наблюдала маленькая седая старушка. окно захлопнулось, и через минуту старушка выкатилась на улицу.
– Finocchio! – сказала она, увидев, как вдыхает Саша сладко-горький аромат. – Так пахнет дикий фенхель.
Саша оторвала листик и поднесла к носу. Какие же они счастливые, вот так, посреди дороги, растет фенхель.
– Туристка?
– Ээээ… не совсем. Я увидела табличку и вышла из автобуса. Мне интересно, почему ваше борго так называется. Это имеет отношение к легенде об этрусской принцессе?
– О, ты знаешь легенду? Вrava! Конечно, это то самое место, где нашли принцессу. Видишь, вон там ручеек- она неопределенно махнула куда-то в сторону. Во времена этрусков он был бурной речкой. Но за пять тысячелетий от нее ничего не осталось.
– А вы случайно не знаете семью Виллани?
– Конечно знаю. Его жена, Элена родом отсюда. Здесь жила ее сестра, но давно уже умерла, дом продали. Они часто приезжали сюда.
– И дочь их, Лучию, знаете?
– Противная девчонка. Дикая. никогда не слушалась. Орала, ревела, падала на пол и топала ногами. Мы просили угомонить ее. Да что мы тут, посреди улицы говорим, пойдем, угощу пирогом.
Саша ожидала увидеть очередную кростату, какие обычно пекут осенью, но ее ждал самый традиционный тосканский каштановый пирог- кастаньяччо.
– В голодные времена у нас только каштаны и были, – сказала старушка. – мы собирали их в лесу, мололи на муку и пекли из нее хлеб, немного оставляли и жарили на кострах. А кастяньяччо пекли по большим праздникам.
Она не предложила вина, а налила Саше что-то вроде травяного чая- горячий, ароматный напиток.
– Вы знаете их историю?
– Конечно. Ох, зачем Лучия связалась с этим парнем! Он негодяй. Такой красивый с виду и такой гнилой внутри.
– Так вы и шофера знаете?
– Нино? Он вырос вон там, на соседней улице. Говорили, что его отец погиб в автомобильной катастрофе. так и не женившись на его матери. Но мы-то все знали, что его никогда не существовало, она просто прижила ребенка. Связалась с кем-то, кто не хотел жениться.
– Родственники все еще живут там?
– Нет, она приехала одна, уже беременная, купила здесь дом.
– Беременная в такой маленькой деревне?
– Что ж у нас не рожать что ли, что мы, не люди? Эх, девонька… и в поле рожали, были времена. Но за ней присматривали, может, любовник платил, доктор постоянно приезжал, а перед родами увезли в город, в больницу.
