В пустынном районе Сельчестера зверски убит пожилой адвокат, а его контора ограблена. Кому могла понадобиться смерть безобидного старичка? Полиция начинает расследование. Опубликовано в газете "Возрождение" (Париж) 15 ноября—31 декабря 1927 г. Текст переделан на современную орфографию, исправлены замеченные опечатки.
Хотя Сельчестер — самый значительный город тихого, исключительно земледельческого уголка Англии, однако, размеры его столь невелики, что все жители его знают друг друга, хотя бы в лицо. Жизнь маленького городка протекает однообразно и настолько регулярно, что постоянный житель города может с точностью сказать вам, где и в какое время вы можете встретить нужного вам человека.
Но, кажется, никто лучше не воплощал в себе пунктуальности и систематичности Сельчестера, чем два брата, которых можно было видеть каждое утро около девяти часов на главной улице города: оба были высокие, стройные, спокойные и серьезные. Одеты они были почти одинаково в платье хорошего материала и элегантного покроя, и каждый нес под мышкой маленький портфель. Издали их можно было принять за близнецов, так велико было их сходство между собою.
На самом деле между ними было три года разницы: старшему — Марку Бренсону — было тридцать семь лет, а младшему — Людвигу — тридцать четыре.
Хорошо осведомленный житель этого городка мог бы рассказать, что уже в течение двенадцати или тринадцати лет обоих братьев можно было встретить в будни в один и тот же час на главной улице; что, когда они проходили мимо почты, — приблизительно в середине улицы, — они оба останавливались, вынимали свои часы и сверяли их с большими часами в окне. Пройдя еще несколько ярдов, братья расставались, причем Марк направлялся в часть города, называвшуюся Паллантом, а Людвиг шел дальше, в контору, находившуюся на этой же главной улице.
Если бы вы расспросили дальше местного жителя, он бы рассказал вам, что Марк Бренсон служил старшим клерком в юридическом бюро Палэ и Постлетуайт, а что Людвиг Бренсон был секретарем Сельчестерского Строительного Общества. Что оба брата были холостые и жили в тихом старом доме на южной окраине города и известны были во всем городе, как и высшей степени уважаемые, хорошо воспитанные и исполнительные в своих служебных обязанностях люди, державшиеся несколько особняком с тех пор, как они приехали в Сельчестер.
Далее, вам, по всей вероятности, рассказали бы, что скорее могло случиться, что часы на почте, проверявшиеся из Гринвича, отстали бы на десять минут, чем оба брата не остановились бы перед почтой для проверки своих часов ровно без трех минут девять.
В это сырое ноябрьское утро Марк и Людвиг Бренсоны, как и всегда, остановились перед часами без трех минут девять и, проверив свои часы, дошли до ближайшего угла и расстались с улыбкой и дружеским кивком головы, которые тоже повторялись изо дня в день, кроме воскресений и праздников, в течение трех тысяч шестисот дней. Людвиг направился дальше по улице, а Марк завернул в узкий переулок, который вел на небольшую неправильной формы площадь Палланта: этот квартал города назывался так потому, что он в былое время принадлежал к Паллатинату Епископа Сельчестера.
Перейдя площадь, Марк направился к одному из старинных домов в дальней стороне площади.
Кругом были только старинные здания, и каждому из них было, вероятно, более трехсот лет. Однако, дом, к которому направлялся Марк Бренсон, был самый старинный дом этого квартала: это был угловой дом на перекрестке четырех узких улиц; покатая крыша его, выложенная красными черепицами, была почти такой же высоты, как стены. Кроме того, что этот дом был такой древний, он казался необычайно таинственным и, думалось, что здесь происходили или произойдут необычайные события.
Однако за все двенадцать лет службы Марка Бренсона в доме не произошло ничего таинственного, — ничего, выходящего из рамок повседневной работы юридического бюро. Это была солидная контора, не делавшая особенно больших дел.
Господин Постлетуайт, переживший своего компаньона, не гонялся за новыми клиентами, и немногочисленные его служащие никогда не были завалены работой. Конторе поручались некоторые нотариальные дела, управление имуществом, соблюдение законных интересов старых клиентов, привыкших к этой конторе.
Когда Марк Бренсон подошел к старинной двери дома, построенного, быть может, еще при Карле Втором, он увидел, что остальные служащие конторы уже ожидали его прихода. Их было двое: Стэнсби — молодой человек с острым носом, рыжими волосами и проницательным взглядом, и мальчик, недавно выпущенный из школы, обязанности которого заключались в чистке и уборке конторы, печатании адресов на конвертах и отсылке писем на почте. Бренсон каждый день находил их здесь, ожидающими его прихода: Стэнсби читал спортивную газету, а мальчик – дешевую книжку страшных рассказов.