— Тогда слушай врача и записывай рецепт! — деловито произнесла Танька и стала диктовать по пунктам, как готовить рыбу.
Провозившись с рыбой до полуночи, Мария поняла, что готовить гораздо труднее, чем проектировать дома. Почувствовав вдруг безумную усталость, она едва дошла до кровати, рухнула на нее и заснула безмятежным сном.
Когда Мария проснулась, за окнами ярко сияло солнце. Накинув пальто, она вышла на крыльцо. Всюду искрился снег — на ветках деревьев, на покрытых белыми шапками кустах. Дорожки были тщательно расчищены, и заснеженный сад походил на чудесную картинку из рождественской сказки. На душе стало легко и светло. Впереди был прекрасный день с ожиданием радостной встречи и какая-то еще неведомая, но несомненно яркая, интересная, наполненная глубоким смыслом и чувством новая жизнь.
Около четырех часов на участке появился большой, слегка потрепанный, далеко не последнего года выпуска минивэн «Ниссан». Из него вышел Арсений в элегантном пальто, с непокрытой головой, с большим букетом нежных кремовых роз. Мария, вспорхнув с крыльца, бросилась ему навстречу. И он опять, как тогда, в машине, поцеловал ее… «Неужели теперь так будет всегда? — подумала Мария, жмурясь от яркого солнца и наполнявших ее душу чувств. — Не может быть, уж слишком хорошо!»
Арсений вдруг смутился и спросил:
— Смешная у меня машина? Да?
— Очень хорошая машина… — прошептала Мария. — И красивая…
— Ну, насчет красоты — не знаю, — улыбнулся Арсений. — Зато удобная, вместительная, можно возить картины, доски, подрамники, всякие там материалы для реставрации!
Они вошли в дом. Арсений с интересом оглядел его и сказал:
— Как хорошо!
Мария подумала: «Действительно, как хорошо! Я сделала этот домик не только для себя. Пусть он доставляет радость человеку, который освободил меня от вечной тени прошлого, подарил мне новую жизнь! Я не хочу ничего загадывать, не хочу строить какие-то планы на будущее. Главное то, что происходит сейчас. И даже если наша встреча окажется не вечностью, а коротким мигом, мне и этого мига будет достаточно. Мне теперь ничего не страшно!»
Арсений снял пальто. На нем был черный костюм, белая шелковая рубашка с незастегнутым воротником. В распахнутом вороте рубашки виднелся старинный, чеканный крест на темной строгой цепочке. С лица Арсения не сходила улыбка.
Мария смотрела на него и думала: всю жизнь она любила демона, а теперь встретила ангела, и чувство к нему оказалось еще сильнее. Просто невероятно!
— Вот, это тебе, Машенька! — сказал Арсений, неожиданно перейдя на «ты», и это получилось вполне естественно.
Он протянул Марии большую книгу. На обложке было крупно написано латинскими буквами: ARSENII SUHAREV.
— Спасибо! Это лучший подарок!
Мария взяла каталог и, сразу пролистнув первые страницы, начала смотреть картины. Там были знакомые ей работы — те, что когда-то так потрясли ее на выставке на Малой Грузинской. Как хорошо она их помнила, словно видела только вчера! И было много других, новых, тоже замечательных. Значит, Арсений много работал все эти годы. Увидев несколько икон и узнав образ новомученика Иоанна, на который она обратила внимание в храме, Мария с удивлением воскликнула:
— Так это — твоя?
Арсений кивнул.
— Взгляни. Я подписал.
Мария вернулась на первую страницу и прочитала: «Машеньке — главному чуду в моей жизни, которое я когда-то не сумел разглядеть по душевной своей слепоте! Да хранит тебя бог!»
Мария замерла с книгой в руках, потом посмотрела на Арсения.
— Нет, не по слепоте! Я ведь тоже не разглядела. Дело не в этом. Просто время тогда не пришло…
— Наверное, ты права, — задумчиво произнес Арсений. — Тогда мы жили совсем другим. А сейчас… сейчас, мне кажется, мы больше готовы к встрече, мы свободны. Ты ведь свободна, Маша? Я не ошибся?
— Абсолютно! — воскликнула Мария. — Если не считать, что в последние дни что-то случилось с моим сердцем. В нем поселился светлый ангел!
— Значит, мне не на что надеяться? — с улыбкой спросил Арсений.
Мария встала на цыпочки, обвила его шею руками и, зажмурившись от волнения и страха, что все, происходящее с ней, может оказаться лишь чудесным сном, поцеловала. И тут же с испугом отпрянула.
— Маша, — сказал смущенно Арсений, — я ведь не ангел и даже не монах, хотя и пишу иконы!
— Хорошо, что ты не монах! — засмеялась Мария.
— А если я разочарую тебя?
— Не получится, — сказала Мария. — От нас уже ничего не зависит!
Они сидели в гостиной, где, как и хотелось Марии, потрескивал огонь в камине, горели свечи. А за окном деревья склоняли свои заснеженные лапы. Арсений поставил на стол бутылку французского красного вина.
— Я угадал? — спросил он.
— Да, это именно то, что я люблю.
— Но зачем ты устроила такой безумный прием, Машенька? — произнес Арсений, оглядывая накрытый стол.
— Мне очень хотелось праздника, — призналась Мария. — Правда, я совсем не умею готовить…
— Это мы сейчас выясним!
— А рыбу ты любишь? — настороженно спросила Мария. — Белую рыбу с шампиньонами в ореховом соусе?
— Обожаю! — не задумываясь, ответил Арсений. — Жаль только, что не смогу выпить с тобой.
