До войны оставался всего один год. На плечи Тимошенко легла основная тяжесть по предвоенному реформированию армии, выразившемуся в ее структурных изменениях, перевооружении на новую технику и резком количественном росте. Он принял армию, состоящую из чуть более 3 млн «штыков», а к 22 июня ее численность составляла 5,1 млн человек.
Помимо реформирования армии ему пришлось заниматься укреплением западной границы, изменившейся в 1940 г. после включения в состав СССР новых территорий (в марте – Карельского перешейка, в июле – Бессарабии, в августе – трех Прибалтийских республик).
Все это влекло за собой разработку «
В марте 1941 г. стало известно о плане «Барбаросса», что отбросило всякие сомнения в неизбежности войны. Начиная с этого времени, армия стала готовиться не к войне вообще, а к войне, которая должна была полыхнуть вот-вот. К сожалению, Гитлер выделил нам всего три месяца…
Даже этот неполный объем деятельности наркома показывает, какой груз забот и ответственность лежал на нем. Еще можно вспомнить, что при нем сменились три начальника Генерального штаба:
1. Маршал Шапошников – до августа 1940 г.
2. Генерал Мерецков – август 1940 – январь 1940 г.
3. Генерал Жуков – январь 1940 – июнь 1941 г.
Конечно, это не могло не сказаться на качестве боевой подготовки войск и разработке планов их применения в военный период. Три начальника Генштаба – три разных видения того, как надо отражать ожидавшуюся агрессию. Более осторожный «классик» Шапошников и менее опытные в штабной работе Мерецков и Жуков, склонные к экспериментам и новизне, по-разному видели решение одних и тех же задач.
Шапошников придерживался стратегии активной обороны, выраженной в «
Я не стал бы однозначно критиковать Жукова и хвалить Шапошникова. Противореча Мартиросяну, превозносящему опыт и талант последнего, можно вспомнить, что провальная на первом этапе Финская кампания готовилась и проводилась, когда начальником Генштаба был Шапошников.
Если обобщить все сказанное выше о Тимошенко-наркоме, то можно уверенно утверждать, что ошибки были неизбежны. Выполняя такой объем работы за ужасно короткое время, при явном дефиците грамотных помощников в центральном аппарате и опытных военачальников в войсках, невозможно было сделать все правильно.
Но ошибки, выразившиеся в схеме дислокации войск в эшелонах, в размещении аэродромов и складов, даже в стратегии отражения удара, можно было бы понять и простить. В конце концов, как мы разбирались, там была определенная логика, подкрепленная расчетами и отработкой на учениях и тренировках.
Но не дает покоя (потому что не имеет правдоподобного объяснения) все тот же проклятый вопрос: «
Объяснить все предательством Тимошенко было бы очень заманчиво, ведь тогда все становится на свои места. Уж слишком единообразно (как по общей команде) все три основных западных округа не выполнили все то, что было положено сделать. А если дополнить это воспоминаниями участников тех событий, утверждавших, что именно из Москвы шли указания, не разрешающие выполнять те или иные мероприятия, то «круг замыкался».
Но тут невольно вспоминаются «либералы» со своим утверждением (тоже «
Да, вполне могло быть, что Сталин жестко указал Тимошенко на недопустимость своими действиями дать Гитлеру в руки козыри для нападения на СССР. Это было его право и даже обязанность сделать все, чтобы не развязалась бойня.
