Кто виноват в трагедии 22 июня? полностью

Стоит сказать несколько слов о том, КАК наши союзники уничтожали и разбивали немецкие дивизии.

Нет, цифры не обманули, действительно, 200 дивизий нашего общего врага прекратили свое существование на Западном фронте. Но если на Восточном фронте немецкие дивизии исчезали как боевые единицы в результате их разгрома советскими войсками, то наши союзники пошли другим путем.

Они попытались прибегнуть к любимому занятию англосаксов в политике – двойной игре. Цель их игр заключалась в том, чтобы не опоздать к дележке послевоенного пирога, но при этом париться и обжигаться у плиты за них должны были другие. Естественно, самые большие куски они хотели отрезать себе.

Гитлеровское руководство, пытаясь уйти от неминуемой катастрофы, стало возлагать большие надежды на сепаратные переговоры. Оно было готово заключить перемирие с англо-американским командованием на любых условиях и тем самым решить триединую задачу:

– задержать наступление союзников;

– снять с западного и итальянского фронтов наиболее боеспособные части, перебросив их на восток;

– внести раскол между западными державами и СССР.

Надо признать, что для удачной реализации такой комбинации имелись весомые предпосылки: между СССР, с одной стороны, и США с Великобританией – с другой существовал непримиримый конфликт интересов. Наши союзники понимали, насколько возрастет авторитет и влияние СССР в случае победы над Германией, и очень хотели этому помешать. Ситуация отдаленно напоминала 1917 г.: тот же враг, те же союзники, та же двойная игра…

Но новых большевиков не нашлось, а пойти на прямую конфронтацию с СССР было очень опасно. США и Великобритания догадывались, ЧЕМ закончится война со страной, у которой вся промышленность переведена на военные рельсы, армия имеет богатейший боевой опыт, а численность личного состава и количество боевой техники превосходят такие же показатели у экспедиционного корпуса и остатков немецкой армии вместе взятых.

Поэтому на предложения германского руководства о сепаратном мире наши союзники были вынуждены ответить принципиальным «Нет!». Хотя, если честно, то ответили не так уж и принципиально, и не так уж и «Нет!». Их ответ больше напоминал «К сожалению, нет…», потому что переговоры все-таки состоялись. Договориться о сепаратном мире не удалось (почему, см. выше), но условились, что немцы не будут мешать им двигаться вперед, сдаваясь в плен, а союзники обеспечат пленным достойное содержание в лагерях.

О том, что наши союзники пошли на переговоры с ними, доказывает переписка Сталина и Рузвельта, фрагменты которой приведены ниже:

Послание И.В. Сталина Ф. Рузвельту 3 апреля 1945 г.:

«Получил Ваше послание по вопросу о переговорах в Берне.

…Вы утверждаете, что никаких переговоров не было еще. Надо полагать, что Вас не информировали полностью. Что касается моих военных коллег, то они, на основании имеющихся у них данных, не сомневаются в том, что переговоры были, и они закончились соглашением с немцами, в силу которого немецкий командующий на Западном фронте маршал Кессельринг согласился открыть фронт и пропустить на восток англо-американские войска, а англо-американцы обещали за это облегчить для немцев условия перемирия.

Я думаю, что мои коллеги близки к истине. В противном случае был бы непонятен тот факт, что англо-американцы отказались допустить в Берн представителей советского командования для участия в переговорах с немцами.

Мне непонятно также молчание англичан, которые предоставили Вам вести переписку со мной по этому неприятному вопросу, а сами продолжают молчать, хотя известно, что инициатива во всей этой истории с переговорами в Берне принадлежит англичанам.