К этому следует добавить ставшее известным выражение Чазова, в котором он сравнил Андропова с известным итальянским политическим мыслителем Средневековья Макиавелли, являвшимся сторонником сильной государственной власти. Ради упрочения государства Макиавелли считал допустимыми любые средства. Отсюда термин «макиавеллизм» для определения политики, пренебрегающей нормами морали. Видимо, у Чазова, как у никого другого, были основания считать Андропова подобным Макиавелли.

Однако версия о причастности Андропова к странным смертям советских лидеров разрушается странными обстоятельствами смерти самого Юрия Владимировича. Согласно официальной версии, причиной его смерти стал отказ почек вследствие многолетней подагры. Вроде бы все обоснованно… Но Андропов в феврале 1984 года мог бы и не умереть.

Как известно, смерть Андропова наступила 9 февраля, и якобы весь период после нового, 1984 года он был «никакой». Однако это не так. Георгий Аркадьевич Арбатов, бывший руководитель группы консультантов Андропова, вспоминал, что он в начале января 1984 года виделся с Юрием Владимировичем по поводу проекта его традиционной речи, как генсека ЦК КПСС, к намеченным на 4 марта 1984 года выборам в Верховный Совет СССР. Арбатов утверждает, что «предполагалось, что либо речь эта будет оглашена кем-то на собрании избирателей, либо, если позволит здоровье, он произнесет ее сам перед телекамерой».

Обратите внимание, после Нового года Юрий Владимирович еще собирался выступать перед телекамерами с обращением к избирателям. Значит, чувствовал себя неплохо. Андропов принял Арбатова в палате не лежа в кровати, а сидя в зубоврачебном кресле. Выяснилось также, что посещения Андропова знакомыми и сотрудниками продолжались, по крайней мере до 26 января.

18 января состоялась встреча Ю. Андропова с Н. Рыжковым, который вспоминал, что Юрий Владимирович встретил его сидя у письменного стола в глубоком кресле. Также известно, что 20 января 1984 года Андропов позвонил Воротникову и поздравил того с днем рождения. 28 января Андропов подписал письмо, адресованное президенту США Р. Рейгану. Между тем пульмонолог, академик Александр Григорьевич Чучалин утверждает, что после 18 января Андропов перестал вставать и у него «отказали печень, почки, легкие и ему вводили внутривенное питание».

Между тем известно, что в конце января – начале февраля («за неделю – полторы до смерти Юрия Владимировича») его с очередной папкой документов посетил зав. Общим отделом А.И. Лукьянов. Как же так, если по уверениям врачей у генсека отказали все жизненно важные органы, в том числе и легкие, то как он мог общаться с Лукьяновым и просматривать документы? Что-то тут не так.

Александр Васильевич Коржаков, одно время работавший в охране Андропова, в интервью журналисту Дмитрию Гордону сообщил, что и ситуация со смертью Юрия Владимировича была странной. «У Юрия Владимировича, когда он лежал в ЦКБ, постоянно дежурили три реаниматора, но если два из них настоящие профессионалы… то третий был терапевт (может быть, и хороший), который всего лишь соответствующие курсы закончил. Именно в его дежурство Андропов скончался, причем сменщики в один голос твердили, что, если бы там находились, не дали бы ему умереть…» (Бульвар Гордона. № 48/136. 27.11.2007).

По поводу искусственного ускорения смерти Андропова также ходили различные слухи. Олег Калугин в книге «Сжигая мосты» пишет, что «агент Ленинградского КГБ, вернувшийся из Москвы вскоре после смерти Андропова, сообщал: “Среди персонала 1-го медицинского института, связанного с 4-м Главным управлением Минздрава СССР, циркулируют слухи о загадочности смерти генерального секретаря ЦК КПСС”».

Невероятным является то, что, по словам Коржакова, накануне смерти генсека в больницу явились заведующий Общим отделом ЦК КПСС Константин Черненко и начальник 9-го управления КГБ генерал Юрий Плеханов. Они изъяли все, что изымается только после смерти пациента: ключи от сейфа, документы… Андропов в этот момент был еще жив, но подключен к аппарату жизнеобеспечения.

Перейти на страницу:

Похожие книги