— Да твою ж бога душу мать, да я на тебя Гринпис натравлю, ходячий фекалий! — прорычал, обрушивая новый удар секиры.
Очередная струя жидкости обдала щеку, и хорошо только ее, а то ведь целила точно в глаза. А затем я ощутил приближение дубины. Рванув прочь, почувствовал себя словно муха на клейкой ленте. Копыта едва сдвинулись в сторону. Из-за угла смертушка приветливо помахала косой.
— А вот хрен! — воскликнул я, вскинув над головой секиру.
В оружие тут же пришелся тяжелый удар. Заскрипело дерево, боль пронзила пальцы, и в то же время невыносимая тяжесть навалилась на плечи. Вскинутые руки вскоре не выдержали, опустившись, и тогда дубина уперлась уже в рога.
— Кажется, наш новичок попал в ту же ловушку, что и остальные! — донесся до ушей бодрый голос огра. — Итак, сумеет ли он выбраться или сгинет, как прочие слабаки?
«Сука! Списали меня уже⁈» — пронеслось в голове. Злость прибавила сил, позволив продержаться еще немного, а затем давление неожиданно исчезло. Дубина поднялась вверх, явно обещая в самом скором времени вернуться.
Понимая, чем это грозит, я рванулся что было сил и все же выдрал копыта из западни. При этом, кажется, оставив на прежнем месте куски кожи. Прямо передо мной оказались ноги кадавра. Столь близкие, что невозможно было размахнуться для удара. Однако я и не собирался использовать секиру.
Быстрое движение и в одну из ран противника оказался вбит некий предмет. После чего я немедленно отскочил в сторону. Еще секунда и по арене разнесся негромкий взрыв. И пусть звук оказался тихим, результат вышел отменным. Ногу кадавра едва не разорвало. В стороны обильно полетела слизь и куски мяса. А сам монстр покачнулся, а затем рухнул на землю набок. Подняться я ему уже не позволил, запрыгнув на массивное тело и с остервенением принявшись рубить плоть. Пусть кадавр еще некоторое время сопротивлялся, все его усилия оказались тщетны. Любые телодвижения обрывались ударами секиры. Вскоре противник окончательно затих.
— Да! Да! Минотавр доказал свою силу! Он победил там, где погибли десятки смельчаков! — взревел огр. — Однако, рискнет ли он пойти дальше? Сразиться с другими чемпионами арены?
Я чуть устало вздохнул, стер со лба капли той дряни, что брызгали с кадавра, а затем уверенно решился на следующий бой. Ведь какой викинг и минотавр откажется от хорошей драки?
Новая схватка сразу не началась. Этому помешала здоровенная туша кадавра и натекшая с него кровь. Все указанное непотребство требовалось убрать, а на это время мне предложили отдохнуть в отнорке, откуда я на ристалище вышел. И скажу, что такой поворот событий оказался весьма кстати. Кадавр знатно меня погонял по арене, так что небольшая передышка, вкупе с восстановлением очков здоровья, была не лишней. Заодно я еще раз оценил свой арсенал.
Броня выглядела плохо. Всего лишь девять дней использования оставили на ней неизгладимый след в виде вмятин, царапин, и потеков всякого непотребного. С учетом наличия кузни, ее бы стоило отдать на починку, но я все время забывал это сделать. Благо, свои функции она пока исполнять могла.
Секира выглядела чуть лучше. Главным образом благодаря суровой простоте конструкции и руне воздуха. Ну и наконец третье — так проявившие себя гранаты. До этого момента я их постоянно таскал с собой, выгадывая возможность применить. Да все как-то не находилось повода. То противники оказывались слишком слабы, то отказывались от драки. Но в стычке с кадавром простой камень со взрывной руной оказался как нельзя кстати. А еще очень удачно вышло, что граната, помещенная в рану, учинила ущерб раз так в пять больший, чем ожидалось. В следующий раз стоило попробовать закинуть снаряд ворогу в пасть. Наверняка тогда эффект окажется совершенно волшебным.
Стоит сказать, тот самый «следующий раз» случился уже очень скоро. Не прошло и десяти минут, как до меня донесся голос огра, начавший вновь заводить зрителей. И уже вскоре он произнес ключевые слова.
— Встречайте двух монстров, уже отличившихся сегодня. Нашего новичка, свирепого минотавра и кровожадную валькирию Агнес!
Едва только затих этот вопль, двери в мой отнорок начали медленно и величественно отворяться. Я же в первую секунду ощупал сердце, ушедшее куда-то к левой пятке, а затем со всей доступной скоростью принялся скидывать броню.
— Вот и наша несравненная ведьма, но где же минотавр? Неужели он испугался такой красотки? Раньше он был не столь робким.
Со стороны трибун послышался хохот. «Ничего, ничего, посмотрим, кто будет смеяться последним» — пробормотал я, скидывая нагрудник. На очереди оставались еще сапоги.
— Ну, где этот минотавр? Еще немного, и ему зачтут поражение и выгонят с позором!
