— Некоторые дела задержали, — пожал плечами я и представил свою спутницу.
— Так Вы собираетесь петь в группе Александра? — спросил замминистра, тоже представившись, и посмотрел на меня. — У тебя же и так есть четыре певицы. Разве этого не достаточно?
— Нужно пять. И тогда будет в самый раз.
— Интересно, где ты найдешь для них столько репертуара?
— Это не проблема, — отмахнулся я и сказал самое главное на текущий момент: — Ну так мы пройдём или как? А то есть очень хочется.
И нас пропустили.
Дабы не привлекать внимание, следуя по периметру огромного зала и прячась за колоннами, пробрались к столам и, отвернувшись от основной массы приглашенных, решил перекусить.
Предложил спутнице «брать и не стесняться». Та сказала, что не голодна и замотала головой. Но я ей не поверил, ибо голоден ты или нет, а отведать такой снеди, да на таком пиру, сам бог велел. Отошли в самый уголок и аккуратно начали пировать. Маша стеснялась брать со стола еду, а посему приходилось буквально засовывать в её руки различные булочки, бутерброды, канапе и тому подобные вкусности.
Но как говорится — не долго музыка играла, не долго фраер танцевал. Не успели мы съесть первые бутерброды и потянуться за канапе с красной икрой, как меня уже идентифицировали и, распознав, помчались в очередной раз предъявлять претензии.
— Васин! Так ты не ответил, где был?! Почему опоздал?! — набросился на меня «тесть», ещё пять минут назад бывший самой любезностью.
— Рад Вас видеть, в очередной раз, в добром здравии и хорошем настроении, дорогой товарищ Мячиков, — вновь поздоровался с дяденькой милый мальчик.
— Ну, так почему опоздал?
— На съезде был, — махнул рукой я и, как гостеприимный хозяин, предложил: — Хотите бутербродик?
— Сейчас не до бутербродов, — сморщил нос тот и, приятно улыбнувшись, сказал, — Девушка, я Вашего кавалера на минутку похищу. У нас с ним не большой мужской разговор.
— Конечно, — пролепетала та.
Замминистра взял меня под локоть и собрался было увести в неизвестном направлении.
— Секунду, — произнес я и посмотрел по сторонам. Увидев мою вокалистку, отстранился от Мячикова и подошёл к Юле. Та стояла в окружении пяти человек и смеялась над какой-то шуткой.
— Здравствуйте товарищи, извините, но мадам Берёзкину я похищаю у вас на пять минут, — произнёс я и взял девушку за руку. — Помоги.
— О, Сашенька, ты приехал? А мы тебя искали! — произнесла та, не сопротивляясь, идя рядом.
— Юлечка, от тебя срочно требуется небольшая помощь. Помоги, пожалуйста.
— Конечно, Сашенька. В чём? — с готовностью ответила та.
— Развлеки пока девочку. Её Маша зовут. Она новенькая, будет играть в моём новом фильме, а может ещё и петь в девичьей группе, которую я, возможно, организую.
— А я там буду?
— Конечно, милая моя. Куда же мы без тебя. Так что побудь, плиз, пока с Машей. Она не привыкла к такому количеству людей и очень стесняется всего, — прошептал я ей на ухо, подмигнув.
— Обольститель, — улыбнулась она, чуть прищурив свои зелёные глазищи.
Познакомил Юлю с Машей, а сам отошёл к ожидающему меня у одной из массивных колонн замминистра.
— Итак, на чём мы остановились?.. Ах вот на чём. О каком таком съезде ты говорил?
— О комсомольском. О каком же ещё, — хмыкнул я, решив о деталях не рассказывать, ибо устал.
— И как успехи?
— Всё путём. Отбился. Хотя товарищам очень не понравилось наше заграничное турне.
— Оно многим не понравилось, — вздохнул замминистра. — На меня тоже наседают. О чём конкретно говорили на собрании?
— Да ничего интересного. Из комсомола хотели исключить.
— Да ты что?! — выпучил глаза тот.
— Угу.
— Это что ж ты такого натворил?
— Так к поездке нашей заграничной докопались. Клипы ещё им не понравились, в общем, вокруг этого всего разговор и крутился.
— Я видел запись концертов. Конечно, ты там много чего себе позволил лишнего, но такого за что могли бы исключить, на мой взгляд, не было, — произнёс псевдотесть.
— На мой тоже, — вздохнул я. — Но зато, на их взгляд, я за эти выступления достоин смерти.
— Это что-то ты не так, наверное, понял. Я в понедельник вызову к себе парткома и пусть он выяснит у своих комсомольцев, кто на нашего ценного кадра поклёп наводит.
— Да не надо. Таран там был, и мы уже всё разрулили. Я оказался чист перед партией и комсомолом. Особенно перед комсомолом.
— Вот как, ну и замечательно! Наш парторг нормальный мужик и всегда поможет, если будет возникать проблема. Так что ты, не стесняясь, к нему обращайся. Я ему про тебя скажу, и, хотя у него много дел, он тебя запомнит и, если что, то подсобит.
