— И что теперь?! Не успел развестись с одной, а уже к другой семье решил прибиться?! Где твоя сознательность? А как же твоя дочь? Ты о ней подумал? — всё же попытался Саша вернуть на путь истинный заблудшую душу.
— Ну так, а что дочь? Она уже взрослая. Тебе ровесница или даже постарше. Ей семнадцать. Скоро восемнадцать будет. Красавица. Кстати, очень просила, чтобы ты ей пластинки подписал. Подпишешь?
— Куда я денусь?! Подпишу конечно…
— Вот и хорошо. И ещё — она очень хочет с тобой познакомиться.
— Зачем? — аж икнул я.
— Ну, — запнулся визави, — что значит зачем? Ты ж популярный певец всё-таки. Звезда эстрады, гм… как ты себя сам называешь.
— Да? Я так говорил? — обалдел поп звезда и констатировал: — Не помню.
— Это у нас на банкете было. Ты, когда пел, гм… Так вот потом чуть выпил, гм… и… — стал напоминать мне Армен, но я его прервал.
— Не надо о грустном. О чём мы с тобой вообще до этого говорили? — решил вернуться я к теме разговора, краснея за то, о чём не помнил, но подозревал.
— О том, что ты с моей дочкой хочешь познакомится, — тут же напомнил собеседник.
Я обалдел ещё больше, пытаясь понять куда он клонит и нафига мне это нужно, но быстро сообразить не смог, поэтому произнёс лишь не определённое:
— Гм…
То же в свою очередь, вероятно, добившись своего продолжил:
— Кстати, и случай подвернулся для знакомства удобный.
—?..
— Дело в том, что в конце первой недели января — в субботу, у нас будет происходить презентация от части твоего фильма «Человек Земли».
— Вот как? Хм… Отличная новость! Рад за вас, и за Давида, — кивнул я, вспоминая сколько пота и коньяка было потрачено на создание первой версии киношедевра, что мы отсняли за два дня. Вздохнул и напомнил: — Вы, кстати, ещё не расплатились за то, что этот фильм я вам практически безвозмездно подарил! Дача — это конечно хорошо, но неплохо было бы и обещание по вузу выполнить.
— Работаем над этим. И, заверяю тебя, обязательно сделаем. А сейчас я уполномочен пригласить тебя как главного помощника и сценариста — автора сюжета, приехать к нам на премьеру.
— Приехать? Да ты чего — это ж пару суток на поезде трястись.
— Я имел в виду прилететь, конечно, — пояснил свою мысль Армен.
— Не знаю. Вряд ли будет время, — поморщился я, ибо мне было не до поездок. Первостепенная задача сейчас — как можно скорее добраться до любого из девайсов из будущего и полностью переписать «Хищника», а заодно написать продолжение Гриши Ротора. И как бы смешно это не звучало, продолжение романа про волшебника уже выходило на первые строки моего плана, становясь по важности самым главным. Почему? Да потому что тётя Золотова из журнала «Огонёк» мне звонила по нескольку раз на дню, что называется — по «КД» (cool down). Звонила и мотала нервы мне и маме, когда нас заставала дома. Более того, она даже маму пыталась подкупить, суля пятьдесят рублей, если та пороется в моих бумагах, лежащих на письменном столе, и найдёт вожделенное продолжение про магическую школу в Мытищах. С этим определённо пора было заканчивать. А посему я твёрдо решил: продолжению быть!
— Саша, но это важно. И для тебя, и для Давида, и для нас. Ты же в титрах как сценарист значишься. Да и Давиду ты обещал. Пожалуйста, прошу тебя!
«Гм… Ну ладно, может и можно будет слетать. Глянуть, чего да как. Машу возьму и «гоу…» — подумал я, а в слух произнёс, повернувшись к девушке, стоящей в пяти шагах: — Маша, можно тебе задать вопрос?
Та обернулась и подойдя произнесла:
— Конечно, Саша. Что случилось?
— Спросить тебя хочу. Полетишь со мной в Ереван?
— В Ереван? — удивилась та. — А ты что тоже собрался туда лететь?
— А ты? И что значит тоже? — не понял я и, показав рукой на собеседника, представил: — Познакомься — это Армен… гм, Николаевич. Мой, практически, почти дальний родственник. А это Маша, моя староста из ВГИК, — посмотрел на Армена, — в котором, к слову сказать, я с какого-то неведомого хрена всё ещё учусь и числюсь в группе.
— Это мы решим, — заверил меня тот в сотый раз и, улыбнувшись девушке, пожал её руку. — Очень приятно познакомится.
— И мне, — робко кивнула та.
— Так Вы тоже собираетесь к нам — в Ереван?
— Да. Сразу после нового года, на следующие выходные, — подтвердила Маша. — Шестого января туда, это пятница будет, а восьмого — в воскресенье, обратно. С папой и с мамой.
— А у тебя чего, там тоже родственники? — вновь не понял я.
— Нет, просто там состоится показ какого-то грандиозного фильма, вот папа и едет его посмотреть. И нас с собой берёт. Кстати, фильм снял один из наших ВГИКовских преподавателей.
— Уж не Давид ли свет Эдуардович Хачикян, этот величайший режиссёр? — с ехидством произнёс Васисуалий.
— Саша, ты зря так иронизируешь насчёт Давида Эдуардовича. Он прекрасный режиссёр и великолепный педагог. Ты бы это обязательно понял, если бы не прогуливал, а посещал бы все его лекции. Да и как человек он очень хороший.
— Откуда ты знаешь?
— А они с моим папой подружились, и Давид Эдуардович часто бывает у нас в гостях. Он много что рассказывал о съёмках этого фильма. И они даже с папой спорили о некоторых эпизодах.
