Что такое жадность? Это страсть, сильная и порой не управляемая, которая может в два счёта завладеть душой, подчинить себе, заставляя делать всё во имя корыстных целей.
Глава 1
— Влас, сынок! — отец был непривычно мягок… — Когда меня не станет, знай, в деревне Отай живёт твой родной дед Егор, это мой отец, твой единственный родственник, оставшихся в живых. Он по характеру ещё более нелюдим, чем я, но это твой родной дед… Поезжай к нему, это мой наказ.
— Бать, да ты что? Что такое говоришь? Ты ещё у меня молодой, тебе жить, да жить! А как же внуки? Ты ж ещё не дождался. Вот как дождёшься, так и будешь меня к деду посылать… — торопливо заговорил Влас.
Вся это ситуация была так нетипична для того образа жизни, которым жил Влас с отцом. Отец неразговорчивый, нелюдимый, угрюмый человек когда-то остался один с маленьким сыном на руках. Куда-то отдать ребёнка не возникало даже мысли и Василий воспитывал, как мог, но в основном молча. Жили не богато, но и не нуждались. Отец вел хозяйство бережливо, расчетливо, на обиход хватало, но не более того. И Власа так приучал: прежде чем деньги потратить подумай десять раз. В общем, воспитывал и растил, как мог.
А и хороший парень получился: крепкий, высокий, голубоглазый, весь в отца. Только добрым и весёлым нравом в мать пошёл. Совершенно разные люди по характеру тем не менее жили ладно, дружно, но по обычаю отца, почти молча и экономно. И вот теперь отец говорит непривычно много, да ещё и такие слова, которых так не хватало всю жизнь Власу. Жаль только, что это были последние слова, после которых отца не стало… После похорон отца, управив все дела, Влас невыносимо затосковал один в пустом доме. Жили они с отцом на окраине города. Влас совсем недавно закончил институт, устроился на работу, но не успел там как следует прижиться, пришлось увольняться, не до работы вдруг стало из-за болезни отца.
Сидел Влас как-то однажды в опустевшем доме, подперев щёку кулаком, думал, тосковал, вспоминал. Если отец наказ дал, значит надо выполнять, так Влас был приучен и поэтому он решил поехать к деду Егору, какая-никакая, а родная душа, да и сообщить нужно, не по людски это. К тому же тоскливо очень, сил просто нет.
Запер Влас дом на замки, наказал соседям присматривать за домом и отправился в деревню. Путь был неблизкий, на перекладных, с пересадками. К деду Егору Влас добрался спустя двое суток.
Дом деда стоял на окраине деревни: добротный, основательный, но без лишних прикрас, обычный серый дом и забор серый, и двор серый… Сразу видно, что в этом доме живёт одинокий мужик. Влас постоял возле калитки, во дворе пусто. Попробовал, калитка не заперта. Влас прошёл во двор. Вдруг с заднего двора выбежала огромная, лохматая собака. Бежала молча, но решительно… " Даже собака молча загрызёт… " — подумал Влас. Он стоял на месте, не шевелясь. Он видел, как лохматый охранник слегка присел на задние лапы готовясь к прыжку. " Вот и приехал к деду… " — подумал Влас и закрыл от страха глаза.
И тут он услышал властный окрик:
— Фу! Адамант! Нельзя! Свои!
Влас приоткрыл один глаз. На крыльце дома стоял отец, только совсем седой. Такой же высокий, крепкий один в один — отец!
Влас сказал дрогнувшим голосом:
— Здравствуй, дед! Я Влас, твой внук.
— Здоров, внук. — дед опустил глаза, задумался ненадолго, вздохнул невесело. — Одни мы значит с тобой остались… Ну пойдём в дом, Влас, будем знакомиться.
Влас опасливо оглянулся на сидевшего рядом лохматого охранника.
— Не бойся, теперь не тронет, даже если через десять лет в следующий раз во двор зайдёшь.
Глава 2
Ох, как же похож был дом деда Егора на отцовский дом, один в один. Влас даже головой тряхнул, как будто хотел отогнать наваждение…
— Что внук? Что-то не так? — спросил дед Егор.
— Я как будто домой приехал. — сказал Влас. — Ну не мудрено, я ж твоего отца воспитывал, вот он и перенял все мои привычки и предпочтения. Яблоко от яблоньки…как говорится. — сказал дед.
— Ну да, и то верно… — согласился Влас.
— Ну что ж, располагайся, давай обедать, голодный небось с дороги, а к вечеру баньку истопим, попаришься с веничком. Банька-то у меня! Ух! Всю хворь и дурь мигом выбивает! Выходишь из неё, как будто заново родился. — хвастался дед.
— Ну это только слова, а как оно на самом деле… — лукаво прищурился Влас.
— Ах, да ты решил меня ещё и поддеть?! — засмеялся дед. — Ну держись, паря, ужо я тебя отхлестаю! Кричи не кричи, не услышит никто, а даже если и услышат, на помощь не придут.
С первой минуты Власу было у деда хорошо, будто не первый день они знакомы, а жили всю жизнь бок о бок.
После дедовой вкусной, простой еды и хвалёной бани Влас спал, как убитый и действительно, встал на утро как будто заново родившийся на свет человек: ушла тоска и душевная боль, всё тело было лёгким, казалось почти невесомым.
Было ещё очень рано, только-только светало. Влас тихо встал, боясь разбудить деда, вышел на крылечко, вздохнул полной грудью. Свежий, прохладный, чистый воздух наполнил лёгкие, в голове слегка затуманилось от непривычной концентрации кислорода. Власу вдруг захотелось крикнуть во всё горло:
— Эге-гей!!!
Он еле сдержался. С заднего двора тихо вышел Адамант.
