И Едигир затих, впав снова в беспамятство и задышал неровно, чуть разжав губы. И на лице показалась тоненькая струйка крови, сбежавшая из раны на голове, Зайла осторожно дотянулась до него, вытерла кровь и опять принялась грести, направляя лодку по течению дальше и дальше от покинутого людьми селения, от мужа, от сына и брата.
А лошадь, все так же припадая на переднюю ногу, брела за черной точкой, в которую постепенно превращалась лодка, уносимая сильной иртышской водой, ловила широко распахнутыми ноздрями запах реки, пытаясь ощутить среди разнообразия оттенков и родной запах ее хозяина, впервые в жизни бросившего ее, предавшего пусть даже не по своей воле.
...А ближе к полудню возле селения показалась небольшая группа степняков, посланная своим ханом на розыск исчезнувшей из лагеря девушки. То были опытные следопыты, и им не составило большого труда разобраться в хитросплетении следов, выходящих из лагеря, и среди множества мужских отличить маленький женский сапожок, который сопровождался не менее приметным следом хромой лошади.
Добравшись до покинутого селения, они безошибочно проследовали к берегу и поняли, что девушка села в лодку, после чего преследовать ее посуху становилось бессмысленно.
-- Как поступим теперь? -- обратился к спутникам Уразбай.
-- Вернемся обратно и сообщим, что эта баба уплыла на лодке.
-- А что мы можем сделать? -- ответил за всех самый молодой и нетерпеливый, худой, как жердь, Мухамедшариф.
-- Боишься, что без тебя добычу поделят? -- усмехнулся Уразбай.-- А за башку свою не боишься? Хан только глазом моргнет, и башка с плеч долой. Башлык мне сказал, чтоб без этой девки не возвращались. Хан шибко злой ходит. Охранников, что ее упустили, велел на кол посадить...
-- И это из-за какой-то приблудной девки?! Воинов на кол? Совсем хан дурной стал...
-- Девка не какая-то там приблудная, а родственница его. Мне башлык шепнул и про это,-- со значением добавил Уразбай.
-- Знаю я этих родственников,-- не унимался Мухамедшариф,-- нам так и поглядеть на бабу нельзя, а раз Хан, так и девку с собой в поход тащить может.
-- Ладно, хватит зубы скалить. Искать надо, а то... сами знаете,-положил конец препирательствам Уразбай,-- едем вдоль берега.
Вновь все вскочили на коней и поскакали дальше, решив во что бы то ни стало нагнать беглянку. Вскоре они увидели ковыляющую возле кромки воды лошадь. Подъехав к ней, внимательно осмотрели и обнаружили следы крови на спине.
-- Слушай, Уразбай,-- сказал худой Мухамедшариф, который, несмотря на несносный характер, был одним из лучших следопытов и отличался исключительной наблюдательностью и острым глазом,-- а зачем она вела с собой эту хромую скотину? А? Не просто же так?
-- Может, суп сварить хотела? -- пошутил кто-то из следопытов и громко захохотал.
-- Так чего же не сварила? -- ответил Мухамедшариф.-- Да и где девке одной без помощников лошадь завалить. Я чего-то о таком не слышал.
-- Ну, бабы они разные бывают. Вот у нас в ауле, к примеру...
Но Уразбай грубо оборвал спорящих:
-- А ну закрой пасть, я тебе сказал! Дома скалиться будешь. Говори, Мухамедшариф.
-- Я чего думаю, везла она что-то на лошади... А может, и кого-то...
-- Однако, верно,-- почесал в затылке Уразбай,-- только отчего мы ни разу следов его не видели? Где-то должен он был с лошади сойти.
-- А может, мертвого везла? Или раненого? А? Может такое быть?
-- Быть-то все может,-- продолжал рассуждать вслух Уразбай,-- да только неужто девка одна его в лодку погрузила. Чего-то слабо верится в такое.
-- А вот у нас в ауле...-- завел обычную песню все тот же спорщик.
-- Еще слово и ты отправишься к праотцам, вспылил не на шутку Уразбай, схватившись за саблю,-- клянусь бородой пророка!
Остальные воины оттеснили спорщика назад от Мухамедшарифа и Уразбая, отведя его лошадь в сторону. Никому не хотелось проливать кровь своих же собратьев, но нервозность, охватившая всех, едва лишь они покинули лагерь, давала себя знать. И этот несдержанный говорун, обычно молчаливый, верно, пытался скрыть настороженность и напряжение за своей болтовней.
-- Значит, думаешь, что кого-то везла та девка,-- продолжил, чуть успокоившись и пристально оглядывая смирно стоящую хромую лошадь, Уразбай,-а кобыла-то добрая будет. Ох, добрая! Не простого нукера, а юзбаши, а то и бека какого.
-- Только теперь от нее никакого прока не будет" Хромая. Видишь, ногу ей копьем или саблей во вчерашнем бою поранили,-- показал рукой Мухамедшариф,-- здоровую бы она не бросила.
-- Точно,-- согласился Уразбай.
-- Сибирцы!!! -- закричали вдруг сзади них.
Уразбай обернулся и увидел, что со стороны селения на них несется с полсотни всадников, пригнувшись к седлам и выставив длинные копья с развевающимися на них конскими хвостами.
Растерявшийся было Уразбай решил мгновенно, что принимать бой им невыгодно, а спасаться вдоль берега не имеет смысла, рано или поздно их догонят и... об этом не хотелось и думать.
