Куда черт послал (СИ) полностью

— Заседание распределительной комиссии объявляется закрытым! — визгливо выкрикнул старый сморщенный чёрт, стукнув копытом по деревянному корыту, что служило ему подставкой. Удар получился чересчур сильным для видавшей виды деревенской утвари, отчего она проломилась, а то самое копыто, что нанесло решающий удар, позорно застряло в образовавшейся щели.

— И-и-и! — по-поросячьи завизжал чёрт, пытаясь высвободить покалеченную конечность. Именно этот звук и вырвал меня из сонного забытья, в котором я находилась во время всего ритуала распределения. В своё оправдание должна заметить, что у меня имелся весьма веский повод: не каждый день празднуют окончание ведьминских шестикнижий! Вот и я на целые сутки отдалась на волю разгулу и веселью. И как вчера было хорошо, то в той же степени сегодня было паршиво. Поспать удалось лишь пару часов, и то на закате, когда даже люди не рискуют ложиться, ведь непродолжительный сон в это время приведёт лишь к ещё большей усталости. Поэтому ничего удивительного в том, что моё состояние нисколько не улучшилось за время короткого отдыха, не было. Голова была словно набита соломой, где-то внутри свернулась клубком тошнотворная гадюка, что при каждом неловком движении норовила исторгнуть содержимое моего желудка. А ещё и засуха во рту…

Я с трудом сглотнула, проведя языком по шершавым губам. Заставила себя сфокусировать взгляд на стоящей по правую от меня руку ведьме.

— Чего он развизжался-то? — мои руки стиснули голову, которую будто расколол звук собственного же голоса.

— А бес его знает, — лениво зевнула ведьма. — Вроде бы говорит, что распределение закончено.

С некоторой задержкой дошедшая до моего разума информация заставила меня враз собраться.

— Как это закончено⁈ А я?

Я была просто уверена, что меня по какой-то нелепой случайности не вспомнили. Ведь если бы только озвучили моё имя, я тут же проснулась бы. Не просто так же перед праздником я заготовила самый верный заговор? Потратила уйму сил и немало наличности, что пришлось уплатить за редкие травки, и всё это впустую?

Или, может, дело вовсе не в случайности?

— А, ну-ка, подвинься! — грубо отталкивая соседа слева, рявкнула я. Втиснулась в образовавшуюся щель и стала работать локтями усерднее, пробираясь к передним рядам.

Возмущённые крики и отборная ругань, которой сопровождалось моё продвижение, бальзамом ложились на озлобленную чёрную душу.

— И как это понимать? — нависая над импровизированным столом в виде большого пня, спросила я вмиг съёжившегося чёрта. — Где моё распределение?

— Для тебя особое распределение, зайдёшь после полуночи в канцелярию, — проблеял чёрт, отчаянно дёрнув копытом. Манёвр удался: копыто благополучно высвободилось, а вот корыто раскололось надвое.

Я хотела задать ещё пару вопросов распределяющему, но негромкий хлопок, с которым исчез чёрт, и разлившийся в воздухе запах серы мои намерения оборвали на корню.

— Черти бы тебя подрали! — в сердцах буркнула я, двинув ногой по деревянным остаткам.

Впрочем, моё пожелание было обычным пустословием. С главным канцелярским чёртом не стал бы связываться и самый последний отщепенец.

Между тем лужайка, на которой проводилось собрание, совершенно опустела. Ведьмы слишком занятой народ, чтобы тратить время даром.

Я рассеянно посмотрела по сторонам, размышляя, куда бы податься дальше. До полуночи ещё целых два часа, может куда-нибудь в кабак наведаться? Нет, не дело. Что толку начинать веселье, если его придётся прервать в самом разгаре? Поспать разве? Да и от этого толку ноль. Вроде бы уже и разгулялась. Тогда куда?

Я стояла и бестолково пялилась в темноту ночи, подыскивая подходящий вариант оставшегося времяпровождения. Глухо ухала сова в густой дубовой кроне, пищали летучие мыши, выписывая невероятные кульбиты над моей головой. Где-то в траве шуршал ёж. В общем, благостная ночь.

— Эй, ведьма, — негромко позвали меня из кустов.

— Вы это мне? — глупо спросила я невидимого собеседника.

В ответ раздалось язвительное мужицкое хрюканье. Ну да, больше на лужайке никого не было…

— Чего надыть? — перешла я на положенный нашему народу диалект.

— Помоги своровать поросёночка, — приглушённо отозвались из темноты.

— Энто какая мне от того выгода-то? — открыла я торги.

— Два золотых, — ответили мне с придыханием.

— Мужик, ты чаво? Мухоморов обожрамшись? За пару золотых можно целую ферму заполнить, а ты всего-то одного поросёночка просишь.

— Думаешь, обманываю?

— Конечно, кто даст ведьме больше, чем оно того стоить?

— Так поросёночек-то не совсем обычный.

— А ну, вылазь из кустов! Разговоры так не ведутся.

С пыхтеньем и оханьем ночной тать выбрался из своего укрытия. Второй раз я удивилась. Мужик был тучный, богато одетый, в общем, на проходимца совсем не походил.

— Рассказывай, — потребовала я, закончив свой осмотр. Дело заинтриговало.

— Вчера обоз пришёл из столицы…

— Знаю, — облизнувшись, сказала я, из памяти та столичная наливочка ещё не успела выветриться. — Продолжай.

— Соседу привезли племенного поросёночка аж из государева хлева!