Мэган не могла это слушать. Не могла больше сидеть на месте. У нее дрожало всё внутри. Она встала и подошла к нему, испытывая непреодолимое желание дотронуться до него, но не решилась. Впервые за долгое время она захотела коснуться его, но ей стало вдруг так страшно от этой мысли, что она спрятала руки. Что-то помешало ей коснуться его в это мгновение.
- Майкл... - так тихо позвала его Мэган, что даже сама едва услышала собственный голос.
Но Майкл услышал. Он вдруг поднял голову и посмотрел на нее такими потемневшими от боли глазами, что у Мэган запершило горло. Господи, как она хотела обнять его и прижать к себе!
- Она умерла у меня на руках, а я смотрел на нее и понимал, что не могу отпустить ее, но и не могу оставить там, чтобы бабушка не увидела нашу Дебби в таком состоянии. Я переодел ее в чистое платье и похоронил на заднем дворе. Было очень темно. Ветер постоянно гасил свечу. Но потом выступила луна... Я закончил как раз к приходу бабушки. Со слезами на глазах она бросилась ко мне и сказала, что Дебби пропала. Я отстранил ее от себя и сказал, что верну ее. И ушел...
- Куда ты пошел?
Мэган все смотрела в его почти черные глаза и не понимала, как он все еще может отвечать на ее вопросы. Как можно жить с такой болью, а потом решиться показать ее хоть кому-то? Показать ей... Майкл был слишком замкнутым человеком, чтобы хоть с кем-то поделиться таким. Но он рассказывал о Дебби ей, Мэган! И это вызвало в душе еще большую боль.
- Я пошел к тому, кто сделал это с моей сестрой. Грувер. Он был другом нашего отца и обещал присмотреть за бабушкой и Дебби, пока я не вернусь. Но видимо, приученный к похоти и жестокости, он не смог это сделать. Моя сестра была красивой девушкой. А он всегда был падок на красоту. Я нашел его в постели очередной проститутки. Вытащил из борделя и поволок на улицу, но тот быстро опомнился. Он был крепким, высоким и тяжелым. Он ударил меня неожиданно. Я споткнулся и упал, и почувствовал, как очередной резкий удар ломает мне ребро. Я брыкался и сопротивлялся, но мерзавец был сильнее. Он избил меня до потери сознания. Перед тем, как провалиться в темноту, я услышал его слова. Громкие и четкие. Они навсегда врезались в мою память: "Вы, Сомерсы, такие жалкие! Единственным лакомым кусочком была Дебби, которую я так долго ждал. Какой сладкой она была! Но теперь ни она, ни тем более ты мне не нужны". Я больше никогда не видел его, так и не смог найти.
Как можно так спокойно рассказать о подобном кошмаре и не умереть? Как он мог жить все эти годы с таким грузом, с такими воспоминаниями? Шрамы на его спине вероятно остались после того избиения. Напоминание о том, что произошло. В чем он винил себя! Господи, как он не сошел с ума после всего?
- Майкл... - прошептала Мэган, прикусив губу.
Он вдруг отпустил подлокотники кресла и встал перед ней. И снова она испытала отчаянное желание прикоснуться к нему. Сжать его руку. Руку, похоронившую собственную сестру.
- Не нужно меня жалеть, - произнес он, вдруг подняв руку, и вытер влагу с ее щеки.
Мэган замерла от его мимолетного прикосновения. Удивительно, но у него были очень теплые пальцы. Когда он отстранил руку, Мэган поняла, что плачет.
- Мне так жаль!..
- Знаю, - с невыносимым мужеством проговорил он. - Я верю, что тебе жаль, но не нужно... Все уже позади. Дебби наверняка сейчас хорошо в другом мире. Я лишь надеюсь, что всемилостивый Бог позаботиться о ней хотя бы там. Он обязан это сделать. Ведь Дебби не заслуживала такой участи.
Мэган не знала, что еще можно сказать. Она не знала, утешать его или оставить, чтобы он справился со своей болью. Она не хотела оставлять его одного. Мэган была убеждена, что нельзя так спокойно говорить об этом. То, что произошло с Дебби, было ужасно. Сотворивший такое злодеяние должен был навечно гореть в аду. И Майкл... Он не должен так мужественно, так стойко выносить подобное. Не должен винить себя за произошедшее. В этом не было его вины. Мэган никогда прежде не встречала человека, который смог бы пережить такое и спокойно стоять сейчас перед ней.
Она никогда не встречала человека, которого хотела обнять так же отчаянно, как сейчас хотела обнять Майкла.
- Как ты пережил всё это? - едва слышно молвила она, сжимая руку.
Он так долго смотрел на нее, прежде чем ответить.
- Не знаю... - Майкл опустил руку и покачал головой. - Я должен был справиться с этим ради бабушки. Она ведь нуждалась во мне.
- Ты тоже нуждался... нуждался в утешении, - хрипло молвила она, с болью глядя на него.
Майкл вдруг снова поднял руку. И положил свою ладонь, свою теплую ладонь ей на щеку. У Мэган запершило в горле от его прикосновения. Он стоял так невероятно близко. Такой высокий. Такой разбитый.
- Так же, как ты нуждалась в утешении, когда потеряла мужа?
Мэган замерла, едва дыша. Она не говорила о своей боли ни с кем, кроме бабушки Хелен. Но теперь, глядя на Майкла... Он был единственным человеком, кому она могла бы рассказать об этом.
- Как ты сама пережила это? - вдруг раздался его тихий, почт ласковый голос.
