И вдруг Людмила Генриховна понимающе улыбнулась. Дашу даже в жар бросило. Неужели все уже догадались, что она влюбилась в этого обжору с первого взгляда? «Так нельзя, Лаврецкая! – одернула она себя, – ты должна уметь притворяться, а иначе какой из тебя детектив? Итак, в бой!» И она принялась за еду. Вот уж действительно, аппетит приходит во время еды! Молодцы французы! Умяв все, что было у нее на тарелке, она потянулась за вторым куском пирога с капустой, а Юра услужливо протянул ей блюдо.
– Спасибо, – пролепетала она, чувствуя, что заливается краской.
– Даш, я не советую, – прошептала ей Люня.
– Что? – растерялась Даша. – Есть пирог не советуешь? Но я не толстею, чего бы ни ела… – принялась оправдываться она.
– Не советую класть глаз на Юрку, у него есть девчонка!
– Что? – задохнулась Даша.
– Что слышала! В него все девчонки влюбляются, зачем тебе это?
– Какое мне до него дело? – взвилась Даша. – У меня у самой мальчишек целый табун…
– Как хочешь, – пожала плечами Люня. – Просто ты мне понравилась, и я хотела тебя предупредить. Юрка он такой… легкомысленный!
– Да на фиг он мне сдался? Думаешь, я на любого смазливого парня западаю? Ошибаешься! – горячилась Даша в полном смятении. Что же такое с нею происходит, если все замечают ее состояние? Да бог с ними, со всеми, лишь бы он не заметил! И она все свои силы бросила на то, чтобы казаться веселой и естественной. Но получалось у нее плохо, если она смеялась, то нарочито громко. Если слушала кого-то, то с преувеличенным вниманием и, главное, она так старалась не смотреть на Юру, что это бросалось в глаза. Когда Людмила Генриховна стала убирать со стола тарелки, Даша вскочила и принялась ей помогать. Поставив в раковину стопку грязных тарелок, Даша обернулась и встретилась взглядом с Людмилой Генриховной. Та смотрела на нее с сочувствием.
– Людмила Генриховна…
– Дашенька, не ершись, девочка, я тебе не враг, поверь… и я очень хорошо понимаю, что с тобой творится. Юра очень славный мальчик.
– Людмила Генриховна, извините, но мне уже пора! Мы сегодня едем на дачу… Мне надо домой!
– Ну что ж, если тебе так легче… Я позову папу, чтобы вы могли проститься. Хотя он будет огорчен. Шура, можно тебя на минутку? Не слышит.
– И не надо. Я лучше по-английски…
– А хочешь, я попрошу Юру проводить тебя до метро?
– Нет, нет, – испугалась Даша. – Я побегу.
– Погоди минутку! Я дам тебе сладкое с собой! У меня очень вкусный пирог с вишнями, и Лида принесла роскошный торт, я вот упакую все тебе в коробочку… На, держи! Нет, давай еще в пакет положим, вот так! Ты уверена, что не хочешь проститься с папой?
Даша вскинула на нее умоляющий взгляд, и Людмила Генриховна сдалась.
– Ну что ж, иди! И спасибо за цветы. Из всех букетов твой – самый красивый!
Даша выскочила на площадку и облегченно вздохнула. Фу, ну и вечерок!
Она уже прошла несколько метров в сторону метро, как вдруг услыхала за собой крик:
– Даша! Даша! Подожди!
Ее на полной скорости догонял Юра. Она остановилась. Ну вот, стоило убегать…
– Даша! Ты почему смылась, ни с кем не попрощавшись, а? Разве можно вечером ходить одной? Я тебя провожу!
В ответ Даша только плечами пожала, сказать что-либо у нее не было сил. Они пошли рядом.
– Ты не ответила, почему вдруг ушла?
– Мы сегодня на дачу едем, – с трудом выдавила из себя Даша.
– А завтра утром нельзя?
– Там бабушка одна.
– Старенькая?
– Старенькая? – вдруг засмеялась Даша. – Нет, можно сказать, молоденькая.
– Тогда почему такая срочность?
– Она боится одна, – соврала Даша.
– А ты когда с дачи вернешься? – поинтересовался Юра.
– Не знаю, а что?
– Могли бы куда-нибудь сходить вместе.
Дашу бросило в жар. Кажется, он ее клеит?
– Куда? – тупо спросила она.
– Ну, слава богу, в Москве есть куда пойти, выбор богатый!
– Не то что в вашем этом, как его, Маасмехелене, да?
Юра засмеялся.
– Это уж точно! А ты откуда про Маасмехелен знаешь? От Люньки?
– Конечно. Ну вот мы и пришли. Спасибо, что проводил.
– Нет уж, я тебя до дому провожу!
– До дому? Но это далеко!
– Ничего, мне в гостях надоело, все, что можно было съесть, я уже съел.
– А чай с тортами?
– Не люблю сладкого!
В метро, немного прочухавшись, Даша ревниво отметила, что многие, даже взрослые женщины, с удовольствием поглядывают на Юру. А он, казалось, никого, кроме Даши, не замечал. И ей вдруг стало легко-легко.
Она заговорила весело и непринужденно, и ей уже казалось, что она знает этого Юрку всю жизнь.
«Какая классная девчонка, – думал Юра. – Хоть и маленькая еще, но что-то в ней есть. И умная, надо сказать, и красивая. И очень напоминает кого-то… Я таких еще не встречал», – сам себе удивлялся он.
– Слушай, а кем мы друг другу приходимся? – спросил он, когда они вышли уже из метро.
– А разве мы вообще приходимся? – засмеялась Даша.
– Конечно. Твой папа мне дядя, поскольку женат на моей родной тетке. А ты дочка моего дяди.
– Ну, если бы мы были родные, то считались бы кузенами…
– Кузенами? Это двоюродными? Отлично!
– Но мы же не родные! Значит, мы свойственники, а не родственники!
– Свойственники? Тоже неплохо! Слушай, а ты ведь Люду не любишь, правда?
– А что, заметно?
