– Я викину тебя с первым же самолетом. Теперь она снова улыбалась, полная счастья.
– Вот увидишь, я буду ему хорошей женой! – Она накинула на плечи лифчик и повернулась спиной к нему. – Застегни, Сэм.
Подойдя к ней поближе, он защелкнул застежки лифчика. Она пошла в ванную. Когда через несколько минут Нора вышла оттуда, то выглядела такой же свежей и чистой, словно только что приняла утренний душ в своей спальне.
Подойдя к нему, Нора внезапно встала на цыпочки и поцеловала его в щеку.
– Спасибо, Сэм, что нашел меня. Я просто боялась возвращаться. Боялась увидеть его лицо. Но я знаю, что теперь все будет в порядке. Я хотела, чтобы ты меня нашел, и ты это сделал.
Несколько секунд он вглядывался ей в лицо, а затем пожал плечами.
– Если ты так хотела, чтобы я нашел тебя, почему ты не оставила мне записку?
– Все должно было быть именно так, как было. В противном случае все было бы не так. Кто-то рядом должен все знать обо мне.
Он распахнул двери.
– Пошли.
Выйдя в другую комнату и миновав выломанную дверь, она даже не посмотрела на молодого человека, который молча сидел на стуле.
Чарльз поставил передо мной стакан апельсинового сока. Прошло уже пара месяцев после моего возвращения. Едва только я поднес стакан к губам, как в комнату вошла моя теща.
Она улыбнулась мне.
– Доброе утро, Люк. – Сев за стол, она разложила на коленях салфетку. – Как она себя чувствует с утра?
– Похоже, неплохо, – сказал я. – Спала крепко. Надеюсь, что утренняя тошнота практически кончилась.
Она кивнула.
– Нора сильная здоровая девочка. Она не должна испытывать никаких тревог.
Я не пробыл дома и полутора месяцев, когда Нора обнаружила, что беременна. Как-то, придя домой из офиса, я обнаружил ее в форменной истерике. Она лежала ничком на постели в нашей спальне, захлебываясь в гневных рыданиях.
– В чем дело? – Я уже привык к ее темпераментным вспышкам, как например, когда она считала, что форма, которая должна легко ожить под ее руками, отказывалась ей подчиняться.
– Я не хочу этого! Я не верю! – рыдая, села она на кровати. Я посмотрел на нее.
– Спокойнее. Чего ты не хочешь?
– Этот проклятый доктор! Он сказал, что я беременна! Несмотря ни на что, я стал расплываться в улыбке.
– Известно, что такие вещи временами случаются.
– И что в этом смешного? Вы, мужчины, все одинаковы. Сразу надуваетесь и начинаете чувствовать себя гордыми и мужественными, не так ли?
– Я в самом деле чувствую себя неплохо, – признал я.
Слезы уже текли у нее ручьем, и весь ее гнев теперь обрушился на меня.
– Твоей-то работе ребенок не помешает. Тебя-то он из формы не выведет, когда ты станешь большой, толстой и безобразной, когда на тебя никто больше и не взглянет.
Она уставилась на меня.
– Я не хочу этого! – снова заплакала она. – Я избавлюсь! Я знаю врача, который…
Я подошел к ней поближе.
– Ничего подобного ты не сделаешь.
– Ты не сможешь меня остановить! – закричала она, вскакивая с постели и кидаясь к дверям.
Я поймал ее за плечо и рывком развернул к себе.
– Могу и сделаю, – тихо сказал я. Ее глаза помутнели от злости.
– Я тебя совершенно не интересую! Тебя даже не волнует, что я могу умереть от этого! Тебя интересует только ребенок!
– Это неправда. Я беспокоюсь и о тебе. Поэтому и хочу, чтобы у тебя был ребенок. Аборт может быть опасен.
Из ее глаз медленно стало исчезать сердитое выражение.
– Ты в самом деле беспокоишься из-за меня?
– Ты же знаешь, что да.
– И когда появится ребенок, ты по-прежнему будешь больше заботиться обо мне, чем о… чем о нем?
– Ты единственное, что у меня есть, Нора. Ребенок – это нечто совсем другое.
Она помолчала.
– У нас будет сын.
– Откуда ты знаешь? – спросил я. – Ребенка нельзя создать в мастерской, как по заказу.
Подняв голову, она посмотрела мне в лицо.
– Я знаю. Каждый мужчина хочет сына, и он у тебя будет. Я позабочусь об этом.
– Пусть тебя это не волнует. Маленькая девочка меня тоже вполне устроит.
Высвободившись из моих рук, она подошла к зеркалу. Сбросив на пол ночную рубашку, она стала поворачиваться, вглядываясь в свое отражение.
– Вроде бы стала толстеть.
Я улыбнулся. Она была плоской, как гладильная доска.
– Для этого еще рановато.
– Да нет! Врач сказал, что у каждой женщины это проявляется по-своему. Да и кроме того, я чувствую, что тяжелею.
– Ты так не выглядишь.
– В самом деле? – Повернувшись, она увидела мою улыбку. – Я тебе покажу!
Расхохотавшись, она бросилась на постель, потянув меня за собой. После короткой схватки Нора оказалась на мне. Целуя меня, она прижалась ко мне всем своим весом.
– Ну вот. Как ты себя чувствуешь?
– Чувствую я себя прекрасно.
– В самом деле? – Я уже знал, о чем говорят эти внезапно просыпающиеся у нее в голосе голодные интонации. Она снова приникла ко мне поцелуем, и ее тело прижалось ко мне.
– Минутку, – остановил я ее. – Ты уверена, что все в порядке?
– Не будь таким глупым. Врач сказал мне, что все может идти как обычно. Только ты не должен очень давить на меня своим весом. Он рекомендовал позицию, когда женщина наверху.
– Женщина наверху? – переспросил я, изображая полное невежество. – А я-то думал, что верх всегда берет мужчина.
