Я думал, что она будет задавать вопросы или поинтересуется, что я делал здесь глубокой ночью, пока мои так называемые друзья проводили время на нескольких известных вечеринках старшей школы. Но она не поинтересовалась. Просто пошла в сторону кустов, с вытянутыми руками, раздвигая листву, которая сильно заросла.
— Хочешь, чтобы я позвонил на твой мобильный? По крайней мере, так мы смогли бы его услышать, — я посветил фонариком над ее плечами и поэтому было видно, что находится перед ней.
Она засмеялась. Тихонько.
— Я не знаю своего номера.
Я замер.
— Ты не знаешь своего собственного номера? — кто не знает своего номера? Я снова начал двигаться.
— И как ты даешь парням свой номер?
Она внезапно развернулась, из-за чего я наткнулся на нее во второй раз. Я схватил ее за колоть, чтобы она не упала. Она выпрямилась, убрав свои волосы с лица. Потом подняла глаза. Они были глубокими, такими же глубокими, как вдохи, которые она совершала. Отведя взгляд, она пожала плечами.
— Я и не даю.
— Что значит, не даешь?
Она громко выдохнула и в знак предупреждения подняла брови.
— Верно, — кивнул я. — Никаких давай-узнаем-друг-друга.
— Итак, — сказал я, опираясь на свою машину.
Она поправила вьетнамки Ханны об пятку.
— Итак?
Я немного поколебался,
— Наверное, мне стоит проводить тебя домой.
Она захихикала. Я был искренним, эта не была та надоедающая хрень, которую я выливал на Ханну. Почему я продолжал сравнивать ее с Ханной?
— Наверное, стоит, — согласилась она, пробегая взглядом по парковке, — но не нужно. Я пройдусь пешком. Спасибо большое, Блейк, за все. За то, что спас, и вообще.
— Что? — я выпрямился, и по какой-то причине, почувствовал стремление защищать, которое никогда раньше не испытывал. — Ты не можешь идти одна в такое позднее время, — мой голос прозвучал громче, чем я ожидал. — Это небезопасно. Я не позволю! — я яростно затряс головой.
Она усмехнулась. Удивилась. Отлично.
— Я серьезно, Эбби. Я не позволю тебе бродить одной.
Ее смех прервал меня, отозвавшись эхом между деревьями вокруг нас.
— Хорошо, хорошо, — согласилась она, положив свои горячие ладони на мою грудь. Мои плечи опустились от облегчения. Я не осознавал, как был напряжен. Она быстро убрала руки. Слишком быстро.
— Прости, — пробормотала девушка, как будто я имел что-то против ее прикосновений. Она достала телефон. Свет от него осветил ее лицо, когда она провела языком по верхней губе.
На секунду я забыл, как дышать.
Она была милой. Может, даже горячей.
— С тобой все в порядке?
— Что? — черт. Я пялился.
— Ты отключился.
— O, — я притворился. — Да, я… ничего. Да… ничего, — я собирался сказать, что устал, но тогда бы солгал.
Она снова улыбнулась той самой веселой улыбкой, как и раньше.
— Ты хочешь прогуляться? Есть ресторан, который сейчас открыт, где кофе в неограниченных количествах, а завтраки подают целый день.
На это мой желудок громко заурчал.
— Я полагаю, это знак согласия, — хихикнула она.
Прошло много времени с тех пор, как я нервничал в присутствии кого-либо. Но Эбби заставляла меня нервничать. Я, по крайней мере, трижды открывал и закрывал рот, но каждый раз так ничего и не произносил. Собираясь с духом, сделал вдох и сказал:
— Итак, я знаю, что ты… — я остановился, когда понял, что она больше не идет рядом со мной. Обернулся и нашел ее, наклонившуюся над чем-то у входа в сад, ее лицо было у куста с розами. — Что ты делаешь? — прошептал я.
Она пожала плечами и выпрямилась.
— Остановилась, чтобы понюхать розы, — она сказала это с таким безразличием, как будто это было совершенно нормально — вот так просто остановиться и понюхать розы. Вскоре девушка подошла ко мне.
— О чем ты говорил?
О чем я говорил?
— Только о том, что…
Она положила свою руку на сгиб моего локтя и оставила ее там. Я посмотрел вниз на нее, но голова девушки также была опущена. Она ничего не сказала, и на какой-то момент я тоже замолчал. Потом выдохнул и постарался расслабиться. Она находилась близко ко мне, ближе, чем я обычно позволял кому-либо быть. Даже Ханне.
— Ты сказала, что не хочешь всю эту давай-узнаем-друг-друга фигню, и это нормально, но я все же хочу узнать о тебе хоть немного.
— Да? — спросила она. — Зачем?
Зачем? Что это за вопрос?
— Я не знаю. Ты заинтриговала меня.
— Я заинтриговала тебя?
Я проигнорировал ее вопрос.
— Как насчет того, чтобы ты рассказала мне пять случайных вещей о себе?
Уличные фонари создавали все больше света, что позволяло мне видеть ее лицо. Мы шли около десяти минут, когда вдоль дороги начали появляться магазины.
Она дернула меня за локоть
— Мы пришли.
Я оглянулся вокруг. Ничего.
