В эту секунду из воды показывается голова Дмитрия Павловича со слипшимися на лбу и почти закрывшими глаза волосами.
Он взмахнул рукой, и к ногам мальчиков полетело что-то черное, колючее.
- Рак!
Действительно, на траве перебирал лапками большой усатый рак. А археолог уже снова под водой, и вскоре второй усач летит на высокий берег вслед за первым.
- Ну, ребятки! Будет охота! Весь берег в норах! - кричит с увлечением Дмитрий Павлович и ныряет за новой добычей.
- Они же вам пальцы искусают, - предостерегает Глеб, когда археолог опять показывается на поверхности.
Дмитрий Павлович смеется:
- Боишься, маникюр испортят?… Э! Волков бояться - в лес не ходить, - он отбрасывает со лба мокрые волосы. - А страшного тут ничего нет. Ну, поцарапает немного - не оторвет же пальца. Зато интересно как! Вот это настоящая спортивная ловля, почище твоего ужения. А раков здесь уйма.
Раков действительно было много. Весь обрыв под водой, крепкий, глинистый, испещрен был длинными норами, и в большинстве нор сидели их колючие и усатые строители.
Археолог ловил раков так, как ловили их ещё наши древние предки, как ловил ещё, вероятно, первобытный человек: нащупав ногами или руками нору, быстро нырял и запускал в нее руку. Рука подчас по плечо уходила в глинистую пещеру, иногда не доставая конца, но чаще пальцы нащупывали что-то колючее, живое. Рак, спасаясь от преследователя, уходил в дальний конец своего убежища и там мужественно встречал врага, царапая его клешнями. Иногда не удавалось взять добычу с первого раза, тогда приходилось подниматься за воздухом, закрыв ногой вход в нору, и нырять ещё раз. Подчас охотник появлялся из воды только с оторванной клешней.
Случалось, что рак оказывался хитрее охотника: в некоторых норах было по два выхода, и это спасало предусмотрительного норостроителя от неминуемого плена и гибели.
Бывало и так: добрался охотник до дна ямы, а там вместо колючего рачьего сопротивления пальцы встречают неожиданно трепетное биение чего-то скользкого, гладкого, упругого. Рыба! Голавли нередко в рачьи норы прячутся, но эту добычу взять труднее: тут схватить не так легко, за хвост не удержишь. Один способ - за жабры, иначе уйдет.
Через несколько минут уже десятка два раков ползало на берегу под присмотром Глеба. Игорь притащил ведро и присоединился к Дмитрию Павловичу. Ловля пошла ещё бойчее. Скоро ясно стало, что ведра для улова мало.
Глеб вызвался пойти за корзиной (ловить раков в норах руками ему явно не хотелось). Вернулся минут через двадцать с кошелкой и своим рыбацким сачком.
- Дмитрий Павлович, знаете, чем дед занялся?
- Знаю, - ответил археолог, швыряя на траву ещё одного пойманного рака. - Закапывает.
- Ага! А как меня издали заметил, сразу тихонечко положил лопату, сел, глаза зажмурил, словно дремлет.
- Молодец наш дед, - похвалил Дмитрий Павлович, - настоящий он старик. Зря ты, Глебушка, на него тогда обиделся.
Глеб занялся пленниками. Мелочь милостиво отпустил обратно в реку - дорастать. Наполнил корзину, сачок. Убедил, наконец, вошедших в охотничий раж ловцов кончить добычливую охоту. С уловом вернулись на отмель.
- Ну, пировать сегодня будем, - пообещал Дмитрий Павлович, разглядывая раков. - Полное ведро красавцев этих наварим, - он тряхнул корзиной и прислушался к шелесту рачьих ног, - шепчутся!
- Мы до прихода машины спать не будем… Ладно? - попросил Игорь.
- Ладно, - согласился археолог. - Будем сидеть до двенадцати. Надо же мне вам о Заряне досказать.
- Пошли скорее… - заторопился Игорек.
Дмитрий Павлович засмеялся. Ему, видимо, приятно было, что рассказы его ребятам нравятся.
- Ну, пошли!
Под городищем разделились. Дмитрий Павлович с богатым трофеем пошел наверх, ребята с ведром направились к источнику. Мальчики вошли под ветви в прохладу узкой тропы.
- Как он всё умеет! - похвалил археолога ещё охваченный охотничьим волнением Игорь.
- Бывалый мужик, - копируя деда, бросил Глеб, - ничего не скажешь…
Оба засмеялись.
- А вот насчет Поляна и Заряны?
Глеб промолчал.
- Откуда о них известно?
- Ну, мало ли? Предания могли сохраниться.
- Это столько-то лет? И с такими подробностями?
Глеб улыбнулся с хитрецой:
- Ну, кое-что Дмитрий Павлович и добавил, конечно, для полноты, - и закончил солидно: - Но существа дела это не меняет.
- Врешь ты, Глеб! Знаешь, что всё это выдумки!
Глеб плечами пожал и отмахнулся опять дедовыми словами:
- Вот ещё приклещился, будь те неладно. Как тот рак. Давно ли в деда-мороза верил, а то кудеярского барана золотого искал… Поумнел, вишь?
Засмеялись опять.
- Значит, была она всё-таки?
- Значит, была.
- А заметил ты, - опять спрашивает Игорь, - что там неясность какая-то? Дочь она Поляну или нет? Тогда Дмитрий Павлович не захотел прямо мне ответить. И ещё: она была синеглазая, помнишь? А на Днепре у Поляна дочка была черноглазая… Я обратил внимание и хорошо запомнил.
Глеб пожал плечами:
- Не знаю… Ну, пошли быстрее.
