Кухня полностью

Уборщица . Что значит – подобрал? Кто – подобрал?

Гюнтер . Как ты можешь.

Татьяна Рудольфовна . Что она здесь делает?

Гюнтер . Тебя это не должно беспокоить. Я же не вмешиваюсь в твои дела.

Татьяна Рудольфовна . Нет, ты как раз вмешиваешься. Мне нужно в город, к любовнику, а ты меня не выпускаешь.

Гюнтер . Это просто совпадение. Тебе каждый вечер нужно к любовнику.

Татьяна Рудольфовна . Но сегодня у меня особый вечер.

Гюнтер . И у меня сегодня особый вечер. И мой особый вечер – важнее твоего особого вечера.

Татьяна Рудольфовна . На каком основании?

Гюнтер . На основании моей глубокой внутренней убежденности.

Плотный . А нельзя… чуточку поскромнее?

Татьяна Рудольфовна (Плотному). Ты, тварь, ты кого собрался скромности учить!?

Плотный . Танечка, что с вами?

Гюнтер . Брюша, я тебя не узнаю.

Татьяна Рудольфовна (Гюнтеру). Почему позволяешь собой вертеть?

Гюнтер . Да что с тобой?

Новенький (тянет руку, как школьник). Я понял! Я понял! Она вас любит.

Гюнтер . Разумеется. Но это не повод… (Смутился. ) Брюша, хочешь… в город? Хаген, выпусти ее.

Татьяна Рудольфовна . Нет, не надо, Хаген. Теперь я останусь здесь.

Гюнтер . Как хочешь.

Татьяна Рудольфовна . Уже готов был меня выпустить. Ах, Гюнтер, Гюнтер. Слабая душа.

Гюнтер . Что ж ты со мной не разводишься?

Татьяна Рудольфовна . Люблю.

Гюнтер . Вот еще, что меня злит. Сказала «люблю» и ждет, что мы тут все с ног попадаем. Ты – жена. Эта твоя работа. Работай.

Плотный (Хагену, который рассматривает отобранный пистолет). Вы мне его потом не забудьте отдать.

Хаген . Посмотрим.

Плотный . Что значит, «посмотрим»? Я с вами по-хорошему…

Хаген выразительно смотрит на Плотного.

Плотный. Я все понял. Действуйте, как вам удобнее.

Плотный уходит утешать Татьяну Рудольфовну.

Гюнтер. Надежда Петровна.

Уборщица . Аушки?

Гюнтер . Надежда Петровна, а вы не могли бы отменить вызов?

Уборщица . Ой, конечно. Я бегу. (Срывается бежать.)

Гюнтер . Надежда Петровна!

Уборщица . А?

Гюнтер . Позвоните с моего.

Дает Уборщице телефон.

Уборщица . Ноль-два?

Гюнтер (улыбаясь ). Ну, я же не знаю, куда вы звонили.

Уборщица (набрав номер). Алле? Здравствуйте, это вас из замка снова беспокоят… Давно?… А что же делать?… Да, ошибочный… Нет, меня не пытают… Как вы сказали?… Могу я выйти?… (Прикрывает трубку рукой, обращается к Гюнтеру.) Могу я выйти?

Все смотрят на Гюнтера. Гюнтер не смотрит на всех.

Гюнтер. Нет.

Уборщица (в трубку). Нет. Алле, алле… (Возвращая телефонную трубку Гюнтеру.) Говорят, «ждите».

Повар Х.Ц . Чего ждать?

Уборщица . Ждите, говорят.

Хаген (Гюнтеру). Фокус не удался?

Гюнтер (улыбаясь). Нас едут спасать, Хаген?

Хаген . Нас едут спасать, Гюнтер.

Гюнтер (Плотному). Как я понял – вы адвокат моей жены?

Плотный . Если вы муж моего клиента, я – адвокат вашей жены.

Гюнтер . Одно не могу понять – кто сказал, что вы не можете быть и моим адвокатом?

Плотный . Дело в том, что семейный адвокат – это не совсем то же, что семейный доктор. Помимо этического момента, возникает вопрос пластики образа, репутации…

Гюнтер . Вот именно. Мне и нужен адвокат с пластичной репутацией.

Плотный . Так – чисто теоретический вопрос, не имеющий отношения ни ко мне, ни к вам… Ну, вы понимаете…

Гюнтер . Думаю, справедливо было бы назначить двойной, нет, даже тройной гонорар.

Плотный . А тогда еще более теоретический вопрос – что я должен сделать? У вас проблема?

Гюнтер . Да, небольшая. Вот этот господин. (Показывает на Новенького.)

Новенький . Знаете, это, в конце концов, уже просто неприлично. Вы постоянно намекаете, что мы с вами были раньше знакомы. Видите же, что я болен, могли бы иметь снисхождение – рассказать обстоятельства. Обидно, правда. Я же и действительно ничего не помню.

Гюнтер . Во-первых, я не намекаю, а так прямо и говорю: «Мы были знакомы.» Что ты хочешь знать?

Новенький . Все… если возможно.

Гюнтер . Все – невозможно.

Медянкина (как человек простой и любопытный). Можно я послушаю?

Гюнтер (наугад). Люся?

Медянкина . Да… нет, Марина.