− Они формируют группу уничтожения выскоданового, я пошел. Лира, я надеюсь на тебя.
− Есть, мастер. Ли, Зет, пустышка, охранять меня! Щиты! Капитан, быстрее, он должен быть на открытой палубе, чтобы дальности хватило… – кричала Лира, пока я вновь погружался в сумрак. – Вы все подчиняетесь мне, суки! Выполнять!
− Но движок сгорит!
− Мне срать на движок, где щиты? Прикрывайте нас телами, один снаряд и мы все умрем, если он не будет вас защищать! – кричала моя марионетка, прекрасная девушка, что бережно обнимала.
Я проник во мрак и искал искры, и они были, но большинство было слишком далеко и глубоко от меня, а вот еще одна группа ближе. Проблема была лишь в том, что не все искры я мог взломать, слишком много сил могло уйти на взлом даже одной, а умереть в сумраке проще чем утонуть.
Я увидел подходящую искру и проник в нее, взломав и искорежив сознание владельца.
− Они рядом. Еще пара миль… – шептал кто-то рядом. − И мы их потопим.
Нас было двое, я посмотрел на мужчину.
− Где машинное отделение?
− Там, – не думая проговорил мужчина, и я свернул ему шею, но он успел прокричать. – Тревога!
Я дал приказ своему временному телу, и сейчас оно работало на максимум, я был сильнее обычного человека. В каюте я нашел топор и сразу ударил по силовой линии проводов, после чего вошел во второй отсек.
− А?
− Что за…
− У нас свет отрубило!
Я молчаливо заработал топором, несколько ударов и три куска мяса лежало на железном полу.
На потолке заработали красные лампы, а по динамикам разнеслась серена и монотонный мужской голос.
− Диверсия! Тревога!
К моему счастью, никто ничего не понял и в отсек рванули люди, два взмаха окровавленным топором и я уже в следующем отсеке. На меня смотрел мужчина в белой офицерской форме, капитан.
− Назовись, – проговорил мужчина.
− Такеро, командир пограничного корабля, – прохрипел я, весь в крови и с топором, с которого капала кровь на пол, напротив владеющего в белом. − Я приказываю, уходите или умрите.
− Чудовище, – проговорил мужчина, и в его руке блеснул револьвер.
− Ага, я чудовище, – бросил я, несясь вперед. Револьвер выстрелил, пули попали мне в грудь и в шею, мой топор сорвался в полет и задел офицера, а я из последних сил прохрипел. – Я вернусь, скоро.
Я выдохнул и открыл глаза, Лира плакала, склонившись надо мной.
− Ты чего плачешь? − проговорил я, смотря на катящие слезы по прекрасному лицу.
− Вы так хрипите… Вам больно? – утирая слезы спросила Лира.
− Умирать больно всегда, − усмехнулся невесело я. – Докладывай.
− Мы скрылись за островом, я приказала ждать вашего приказа, чтобы зайти в защищенную внутреннюю бухту в пещерах. Я думаю, что вам будет тяжелее держать связь с теми, кого вы захватили.
− Ждите, нужно чтобы подлодки ушли, да и любой пустой боялся приближаться к нам, – прохрипел я, закрывая глаза. – Я скоро, у меня незавершенное дело. Я скоро, Лира.
Я не мог добраться до линкора или авианесущего корабля, слишком далеко. Единственными жертвами могли быть люди с подлодка.
Вот она, искра прямо рядом с искрой владеющего, ух ты, а ментально этот пустой сильный. Ну, извини.
− Что это была за тварь?! – кричал в рацию капитан, а медик бинтовал ему плечо, которое я все же задел топором. Все та же комната, даже труп с топором валяется. Револьвер капитан держал в руке, в комнате же было всего пять человек.
− Как оно назвало себя? – прохрипел динамик.
− Такеро! Он вселился в механика и прорывался к машинному отделению! – прокричал капитан подводной лодки. – Что за это хрень?
− Ну, не такая уж и хрень, – холодно произнес я, коснувшись рукояти окровавленного топора, пока никто не видел. – Я же говорил, что вернусь…
Капитан стрелял из револьвера, а я успел дважды взмахнуть топором и забрать две жизни, после чего упал на пол с пулей в голове.
− Тварь, она снова пришла! − кричал капитан в рацию. − Я ухожу! Здесь нельзя быть пустым, у меня было четверо помощников, остался один! Я боюсь что он в меня вселится.
− Сколько у тебя осталось патронов в револьвере, капитан? – холодно проговорил я, заняв тело последнего живого помощника капитана.
− Один, – замер капитан, медленно поворачиваясь к последнему живому пустому в помещение, в которого я уже вселился. Мой разум был на пределе, но я вновь коснулся рукояти топора.
− Может, тогда сам застрелишься?
− А-а-а-а-а-а! – закричал капитан, наводя на меня револьвер, и я взмахнул топором.
Прогремел выстрел.
Мы оба валялись на полу, я отрубил ему руку, он последней пулей прошил мне грудь и раздробил позвоночник.
− Нет, сука, – прохрипел я, сплевывая кровь изо рта, подымаясь на руках и волоча ноги за собой. Я посмотрел на капитана, что отползал, а затем встал и побежал от меня, ударяясь о стены. – Стой, сука, я не закончил!
− Демон! − кричал капитан, а я полз за ним, волоча окровавленные ноги. И вот я схватил его за ногу, в его единственной руке был зажат кортик, я бил его руками, я откусил ему ухо, а он резал меня клинком. Наконец я впился зубами в его горло, но мне не хватало сил, я умирал.
