– Возьми другой билет. Я не давала вам эту тему.
– Я могу ответить, Матушка, я читала про Аргинель!
– Ты не будешь отвечать сей билет, Эдера. Его нет в экзаменационном списке. Он попал сюда по ошибке.
– Но это очень интересная история! Можно я расскажу ее, Матушка, ну пожалуйста!
Настоятельница повысила голос:
– Возьми другой билет, Эдера!
Девушка насупилась и вытянула новую карточку с экзаменационной темой. Своевольная Эдера не любила исполнять приказы. Она хорошо понимала, когда ей объясняли. Обычно настоятельница так и обращалась с любимой воспитанницей – объясняла ей досконально причины и последствия тех или иных событий и поступкой. Но сейчас не время и не место. Сейчас объяснения опасны.
Много лет Иотана не рассказывала на занятиях об Аргинель, правительнице Кситлании, как и о расе фей в целом. Любые упоминания фей находились под негласным запретом. Почти шестнадцать лет назад Придворный Маг Кэрдан начал травлю расы прекрасных бессмертных женщин. За эти годы они, и без того немногочисленные, полностью исчезли из королевства. Кто-то бежал в другие земли или на свою родину – таинственный лес на востоке материка Ремидея. Огромная цепь непроходимых гор отсекала восточные земли от западных. Там, за скалистыми хребтами, располагались княжество Кситлания и лес Элезеум – чудесная родина фей.
– Читай, – велела настоятельница ученице. Та скучно пробубнила:
– Билет шестой. Открытие торговых путей между королевством Неидов и весталейским княжеством Висабра.
Эдера разочарованно скуксилась. Иотана могла ее понять. Новая тема много скучнее, чем приключения кситланской княгини, огненной феи. И много безопаснее – для Эдеры и самой настоятельницы. Она немало отдала бы, чтобы узнать, кто подбросил крамольный билет в экзаменационную стопку… Немало монахинь желали подсидеть ее и занять вожделенное место настоятельницы. Скомпрометировать ее крамольными речами послушниц – идеальный способ…
По знаку Иотаны Эдера и Розали отошли от стола. Первая из троицы – белокурая степенная Лаэтана – начала напыщенно декламировать:
– Четвертая Эпоха Великих Войн – беспощадная плавильня, в коей великий кузнец Ней-завоеватель выковал великое королевство! Ларгия в союзе с Атреей искони враждовала с северным соседом – Гвиратом. Когда Ней собирал союз для нападения на королевства Ремидеи, Ларгия и Атрея, равно же и Славия, не пожелали отречься от своих богов и дали отпор Нею. Гвират увидел возможность сквитаться с давними врагами и примкнул к союзу Нея. Десятилетия длилась осада Ларгуса. А когда город наконец пал, гвираты, разгневанные упорством горожан, стерли побежденный город с лица земли. Кончилась война, Ларгия, равно как и Гвират, вошла в состав нового могучего королевства. Вчерашние враги стали сегодняшними подданными. Чтобы утихомирить ларгитов, Ней дозволил им заново отстроить Ларгус. А Гвирату повелел помочь заклятым врагам, дабы загладить былую ярость и неистовство. Бок о бок дети победителей и побежденных отстроили павший город на новом месте.
– Сбавь пафос, Лаэтана, – поморщилась настоятельница. – Факты, только факты.
– Как скажете, Матушка, – хихикнула красавица и продолжала ответ спокойным деловитым тоном. Умела же. Все подруги Эдеры переняли ее манеру дерзить и вышучивать процесс обучения. Спускала им это одна Иотана…
Отстрелявшись, три подруги умчались купаться на берег Ларга. Самая широкая река на западе материка Ремидея дала имя провинции Ларгия и ее центральному городу – Ларгусу. Обитель Святой Устины стояла на северном берегу, в дюжине миль от города вверх по течению.
Девочки добежали до берега и стянули с себя опостылевшие монашеские балахоны. Розали справилась быстрее всех, с хохотом швырнула платье на голову Эдере, а чепчик затолкала за шиворот Лаэтане. Эдера как раз стаскивала свое платье через шею. Платье Розали свалилось на нее так удачно, что она намертво запуталась в двух одеяниях. Она сочно выругалась и попыталась освободиться от пленившей ее одежды. Тут и Лаэтана подоспела раздеться. Ее платье тоже просвистело в воздухе и захлестнуло голову Эдеры. Бедняжку окончательно погребло под ворохом тряпок. Она выдала дюжий запас «ласковых» слов, почерпнутый у крестьян из окрестных деревень. Розали с Лаэтаной обхохотались. Зрелище было то еще: восхитительная хрупкая девичья фигурка с белоснежной, бархатистой кожей, а на плечах – сноп грубой синей материи, шебуршится и ругается паче заправского матроса!
– Гогочете? Ржете? – доносилось злобное шипение из-под синего вороха. – Ну, дай только выпростаться из-под этих наволочек! Косы повыдергаю!
Тут смех Розали оборвался. Лаэтана тоже примолкла. Если Эдера разозлилась не на шутку, то обеим и впрямь несдобровать. Бежать бесполезно – Эдера бегает втрое быстрее. Драться с ней – кто хоть раз видел Эдеру в драке, мог сразу подставлять задницу под тумаки. Вычерпывать Ларг ведром – не столь безнадежное занятие. Оставалось одно. Нырять в Ларг – и камнем на дно, в надежде, что водяной царь со своими дочерьми-русалками окажутся милосерднее их разбушевавшейся подружки.
