Денис Лавров — двадцатисемилетний всеобщий любимец, следователь от бога, надежный, отзывчивый друг, остряк-весельчак, и вообще душа-парень, помрачнел в одночасье, замкнулся в себе и запил, после того, как его невеста Лера погибла во время террористического акта…А через три года во время банкета убивают его друга Андрея… Но, всё не так просто, как кажется...
Зрители аплодировали, вскрикивали и смеялись до слез, глядя на невероятный танец на льду забавных фигуристов в причудливых костюмах и масках. Тут были и разные звери, и клоуны, и гномы… Хлопушки стреляли, разбрызгивая над ледовой ареной разноцветные конфетти, парящие в разноцветных отблесках прожекторов… Лера тоже не могла оторвать взгляд от фигуристов, заливалась смехом, как ребенок, а Денис… Денис не мог оторвать глаз от Леры.
— Дэня, смотри! Это же фантастика! — воскликнула Лера.
— Ага… — пробормотал Денис, взял руку Леры, нежно сжал, и осторожно надел ей на палец кольцо.
— А теперь ты посмотри…
— Ой! Что это? Как красиво…
— Это — в честь нашей помолвки.
Денис обнял Леру, притянул к себе, и они стали беззастенчиво целоваться, позабыв, что кругом — сотни людей. Но люди на них особо и внимания не обращали — все восхищенно смотрели на ледовую арену, и крики и возгласы восторга пронеслись над стадионом, когда клоуны-фигуристы выкатили на лед большую цветную пушку. Раздался выстрел, и из дула пушки, вместе со струями серпантина, вылетела девушка в серебряном трико, и, поддерживаемая невидимыми лонжами, взмыла над ареной, а потом плавно коснулась льда серебряными коньками…
Объявили перерыв, веселые, возбужденные зрители повалили в фойе. Денис не хотел выходить, он бы посидел в пустом зале рядом с Лерой, но Лера захотела мороженого. Они встали, тоже потянулись к выходу. И тут взгляд Дениса скользнул по странного вида парню — худощавый, белобрысый, он медленно, механически передвигал ногами, словно заведенный манекен, на неподвижном лице не было даже тени улыбки. Он молча шел навстречу Денису и Лере. Дениса невольно что-то насторожило, кольнуло, он инстинктивно прикрыл Леру собой. Парень прошел мимо. Денис оглянулся на него несколько раз. Лера, смеясь, потянула Дениса.
— Ты неисправим! Что ты так его разглядываешь? Ну, забудь хоть сейчас, что ты следователь! Парень как парень…
— Нет, — упрямо бубнил Денис, — что-то с ним не так…
— Ну, может, он просто больной, может даже инвалид… В этом нет ничего подозрительного.
— Может быть…
Лера прижалась к Денису.
— Да ладно тебе, и вообще — где мое мороженое?
— Сейчас будет, моя принцесса!
Денис отбежал к тележке с мороженым, где уже собралась небольшая очередь, оглянулся на Леру и столкнулся глазами с неподвижным взглядом белобрысого парня. Холодные пустые блюдца светлых глазных яблок, маленькие точки зрачков. Холод пробежал по спине Дениса, прорезало острое, так хорошо знакомое чувство приближающейся опасности. Денис, наконец, расплатился за мороженное, поднял руку со стаканчиком, помахал им Лере, шагнул к ней, и тут его оглушил дикий грохот… Денис рванулся, и только успел поймать на руки обмякшее тело Леры, которое отбросило взрывной волной.
Вокруг раздавались крики ужаса, стоны. Перед глазами Дениса из тумана выплывали окровавленные тела, развороченные стены, осколки штукатурки, стекла… Денис присел у сохранившейся целой стены, Лера лежала неподвижно у него на руках, застывшим взглядом глядела в потолок, на вид — цела и невредима. Только лужица крови расползалась из-под затылка.
— Лерка, Лерка! Родная! Очнись! — вскрикивал Денис, он дышал ей в рот, как заведенный, делал ей искусственное дыхание, он не понимал, что еще можно сделать, но все равно пытался что-то сделать. Но Лера так и не очнулась…
В здании суетились санитары и врачи, деловито оказывали первую помощь пострадавшим от взрыва, выносили раненых. Полицейские оцепили место трагедии. Начальник управления Полковник Протапов, приехавший лично с оперативной бригадой, матерился, на чем свет стоит, кляня проклятых террористов, отдавал распоряжения сотрудникам.
Мрачные эксперты возились в груде пыли, выбирая из обломков кирпича и осколков стекла частицы разорвавшихся бомб.
Денис ни на что не реагировал, продолжал звать Леру, ему казалось, что он, в конце концов, услышит ее такой родной, такой любимый голос. Он не верил, что Лера замолчала — навсегда.
К Денису подошел его друг оперативник Тарас Вольный, положил руку на плечо.
— Дэнька, ты ей уже не поможешь. Пошли.
Денис не ответил, даже голову не повернул. Тарас тяжело вздохнул.
Подбежала судмедэксперт Антонина, ахнула, Тарас сделал ей знак — Антонина зажала рот рукой, попятилась, чуть не наступила на распростертого на земле пострадавшего, вскрикнула.
И тут появились люди в штатском. Высокий сухощавый мужчина — полковник секретной разведки Глеб Горный в неплотно застегнутой рубашке, из под которой блестел серебряный медальон, подошел к трясущемуся от ярости Протапову, задал несколько вопросов. Тот отвечал сквозь зубы, то и дело отвлекаясь к сотрудникам и врачам.
— Благодарим за оперативность, полковник — сухо произнес Горный, — больше вы тут не нужны.
— Денис — всё, органы забрали дело… Идем, дружище — Тарас снова попытался увести Дениса — тщетно.
