— Когда сестра вернется?
— Да ХЗ, я не спрашивала…
— Как так? — встревожился Андрей. — А Лиза сама не говорила разве?
— Да говорила, но я что, помнить все должна? Она слишком много чего говорит вообще.
Женя уже соскочила с дивана и маячила у окна.
— Так-с… Хреново дело…
— Так а я про что? Полный зашквар, у Лизки палатка китайская-автомат, ее такой ветер в клочья порвет. Ну так, они на ураган и не экипировались, говорю же.
— Ну, она же не одна пошла, я так понял?.. — задумчиво переспросил Андрей.
— Да все равно, что одна. София — ее бэсти, вообще к походам не приспособленная. Сто пудов экипа своего не имеет. Может, и в палатке ни разу не ночевала…
— А почему Лиза нормальную палатку не взяла?
— Сказала, что для хорошей погоды — эта самое то. На фига тащить лишний груз.
— Ясно… — Андрей вдруг встал и принялся собираться.
— Ты куда?
— За ними… Есть у меня нормальная палатка. Догоню.
— Ты что, сдурел? Ночь на дворе…
— Не переживай, я эти горы как свои двадцать пальцев знаю… Они же на пик пошли?
— Ага. Правда догонишь? Спасибо, Андрюш… — Женя повисла у него на шее, прощаясь. — Будь осторожнее… А, погоди!
Девушка пулей метнулась в комнату.
— Вот, возьми! — она протянула ему фотографию 9×12, на которой был запечатлен Игнат в форме и с медалями.
— Зачем?
— Лизке передашь, она хотела фотку эту с собой взять, да забыла, видимо.
— Ага, передам.
— Обещаешь?
— Обещаю передать…
Женя шутливо шлёпнула его по плечу, но глаза были серьезными.
— Да не передать! Обещай сестру найти и мне вернуть…
— Чтоб я сдох! — он приложил руку к груди проникновенно посмотрел ей в глаза.
Но Женя не рассмеялась.
— Не говори так, дурачок, — она поцеловала парня. — Возвращайтесь скорее, вместе — даже если она тебя посылать начнет далеко и надолго… И это, сиги мне оставь.
Утро протиснулось в палатку трелями птиц и дымкой прохлады. Первой проснулась Лиза и растолкала Софу. В этот раз долго будить ее не пришлось, та вскочила на удивление бодро и принялась осматривать себя сразу в маленькое зеркальце, которое выглядело старым и облезшим. Обычно Софа такие вещицы сразу выбрасывала, лишь только у них начинал теряться товарный вид или они выходили из моды.
— София, — уставилась на зеркальце Лиза, — что за страх у тебя в руках? Выброси на помойку.
— Ты что? Забыла? — блондинка протянула Лизе зеркало, развернув его тыльной стороной. — Это же ты мне подарила еще в школе.
На потертой задней стенке было выведено лаком для ногтей: «Любимой подруге в день ее рождения!».
— Ой… Точно! — Лиза вертела предмет в пальцах. — Вот милота! И ты до сих пор им пользуешься?
— И буду пользоваться.
— Да… Помню, как выбирала, там много разных было, но… Денег тогда на нормальный подарок не было.
— Зато от души, — улыбнулась Софа и продолжила себя осматривать. — Ну и рожа, — скривилась она, критически пялясь в серебристый пятачок. — Будто с сеновала упала.
— Почти так и было, — усмехнулась Лиза. — Ты чуть палатку не свалила, перла как… кабан, — неожиданно мрачно заключила она.
— Блин… Подруга, мне так стыдно за вчерашнее. Вроде бухнула не так много… Горный воздух, что ли, на меня так действует. Что я там чудила-а…
— На парься, все нормально. Все в рамках приличия. Почти…
— Есть жвачка?
— Зачем? Иди зубы чисти.
— А вдруг там Димка уже проснулся, и я такая с перегаром нарисуюсь. Дай жовку — и пойду.
— Нет у меня… Обойдешься! Так иди.
— Вот ты коза! — София выудила откуда-то флакончик духов и пшикнула на Лизу, будто из мести, метя ей в лицо. — На, получай!
— Убери свою пшикалку вонючую!
— Вообще-то, это Дольче, — Софа снова брызнула на подругу.
Та попыталась отнять флакон, получила еще несколько струек духов на себя.
— Фу… Ну и гадость, — Лиза наконец отняла флакон и сунула себе в карман.
— А меня побрызгать? — возмутилась Софа.
— Марш умываться, — распорядилась Лиза и первой выбралась из палатки.
Лагерь уже ожил. Мужики вскипятили чай в котелке, с хмурыми лицами о чем-то переговаривались между собой.
— Утро доброе, — бросила в их сторону Лиза.
— Приветик! — выпорхнула следом София.
— Привет, привет, — мужики сразу оживились. — Как спалось?
— А где Петр? — нахмурилась Лиза, кивнув на пустующее место, где еще ночью стояла его палатка.
— С утра свалил, — ответил Ян. — Ранний птиц оказался. Никому ничего не сказал, по-английски, так сказать. Да и хрен с ним.
— Странно… Он вроде бы не собирался рано утром выдвигаться, говорил, что отоспится, — Лиза теребила язычок молнии олимпийки.
— Ну, мало ли, у человека какие планы вдруг образовались, — улыбался Ян. — Он мальчик взрослый, разрешения спрашивать ни у кого не требуется.
— Ну, да, — кивнула Лиза и, выудив из-под палатки бутыль с водой, пошла в лесок умываться.
Софа последовала за ней, но наткнулась на объятия Димы.
— Ой, не целуй меня, — запищала та, делая вид, что отбивается. — Я как чучело!
— Ты самое красивое чучело на свете, — улыбался тот.
— Все, пусти, — вырвалась Софа под смешки мужиков, которые косились на них, сидя на бревне у кострища.
Девушка догнала подругу и выставила в руке зубную щетку: