— Чего не плаваешь? — спросил я, подплывая к нему ближе. — Ты сегодня какой-то сам не свой. Выкладывай, что стряслось.
Шама натянуто улыбнулся.
— Да спина что-то… Дернул сегодня, когда плакат на октагон вешал. Старая травма. Сейчас зашел в воду, думал легче станет, если поплаваю, но не проходит ни хрена. Рецидив!
Травма спины — это не шутка. Особенно для спортсмена, тем более в смешанных единоборствах. Если не разобраться вовремя, последствия могут быть очень серьезными. Знал ребят, особенно борцов, которые из-за проблем со спиной выступать заканчивали.
Ну а без борьбы в смешанных единоборствах никак. Только ударнику там делать нечего.
— Сходить бы тебе провериться. Сделать снимок, посмотреть что там, — сказал я. — Запускать такое дело не нужно.
Шамиль вздохнул, задумчиво глядя в воду.
— Да че идти, пройдет, — как-то неуверенно буркнул он.
— А если не пройдет? Как ты в бою бороться собираешься? — спросил я. — Или если в бою прихватит?
— Ну… — он вздохнул.
Мне теперь стало ясно почему Шама раздраженный. Боли в спине, а они его явно мучили, то еще удовольствие. Я видел, как от боли искажается его лицо чуть ли не при каждом движении.
Шама замолчал, и я заметил, как он пытается что-то еще сказать, но словно не решается. Парень он гордый, не привык просить о помощи, но я чувствовал, что именно сейчас ему это нужно.
— Говори, брат, не стесняйся. Тут все свои.
Шамиль бросил на меня быстрый взгляд, будто решаясь.
— Сань, слушай, неудобно капец, конечно, но… можешь занять на снимок? Я через неделю, максимум две отдам все. Брат, ты знаешь, я слова на ветер не бросаю.
Я увидел, как по его щекам растекается румянец. Денег он явно не привык просить, вот и делал это неохотно.
— Без проблем, сколько надо? — уточнил я.
— Тысяч пять бы… я узнавал, там четыре с копейками выходит. Ну если тебе вообще удобно, я то знаю, что тебе самому бабки…
— Договорились, — перебил я. — В раздевалке бабки. Пошли, как раз пора заканчивать.
Я выбрался из бассейна, мы сходили в раддевалку. Там я взял пятерку из шкафчика и отдал Шаме.
— Спасибо тебе огромное, Саш, от души выручил, — искренне произнес он.
— Выздоравливай, брат, — ответил я. — Сегодня я тебе помогу, завтра ты мне. А отдашь, как такая возможность будет.
Я вышел из спортклуба, на ходу застенчивая куртку, и увидел на телефоне два пропущенных вызова от братьев Решаловых. Тут же нажал перезвонить, и уже через пару гудков на линии возник голос Леши.
— Саня, наконец-то объявился! Мы уже за тобой собрались выезжать.
Я слегка удивился такой спешке.
— Так рано же еще? Сколько времени до вручения-то?
— Да, но ты ж не пойдёшь туда в том виде, в каком обычно ходишь, — засмеялся Леша. — Ты щас где вообще?
— Да у клуба еще, только потренировался.
— Время позволяет отовариться?
— Время такой странный предмет. Время оно есть, и его сразу нет, — хмыкнул я. — Приезжайте.
— Все, понял, мы через пятнадцать минут подскочим, жди.
Я задумчиво посмотрел на свои спортивные штаны, кроссовки и спортивную куртку. Прав Леша, в МВД к начальству в таком виде идти как-то несерьезно.
Ровно через пятнадцать минут к клубу подкатила низкая, черная как ночь, агрессивного тачка с эмблемой быка на капоте. Я даже не сразу сообразил, что это Леша с Пашей. Но пассажирское стекло медленно опустилось, и из салона донесся голос Леши.
— Запрыгивай, Санек!
Я открыл дверь, буквально втиснулся в низкое кресло и оглядел салон. Все было отделано черной кожей и карбоном, на приборной панели переливались разноцветные огоньки.
— Вы что, машину поменяли?
— Да это у нас, считай, на повседневку, — небрежно отмахнулся Паша, сидящий за рулем, и резко дал газу.
Машина с мощным рыком сорвалась с места. Через секунду мы уже лавировали между рядами машин, набирая скорость и заставляя других водителей нервно сигналить. Паша улыбался, явно получая удовольствие от происходящего.
— Паш, давай поаккуратнее, а? — попросил я, невольно напрягаясь и хватаясь за ручку на двери.
— Да расслабься, Саня, все под контролем! — засмеялся он, резко перестраиваясь из ряда в ряд.
Насчет под контролем — сомневаюсь. Мы пролетели очередной перекресток и позади послышался вой сирены.
Паша лишь криво улыбнулся и резко утопил педаль газа в пол. Машина дернулась, прижимая нас к сиденьям, и за несколько секунд стрелка спидометра ушла далеко за двести.
— Ты чего творишь? Сбавь скорость, — резко сказал я. — Правила нарушать нельзя, парни, это не шутки. Знаешь есть такие слова золотые: не лети, успеешь!
— Да ладно, Сань, прикольно же! Штрафы стабильно пару лямов в год платим, не проблема.
— А прикольно будет, если ты собьешь кого-нибудь на такой скорости? Думал об этом?
Слова прозвучали резко, в салоне повисла тишина. Паша замолчал и сосредоточенно посмотрел вперед, медленно ослабляя давление на педаль. Машина постепенно сбросила скорость, вернувшись в пределы разумного.
— Ладно, Саш, понял, не кипятись, — негромко сказал Паша, избегая моего взгляда.
