Но что-то мне подсказывало, что ради меня этот балаган сюда приперся.
— Я, ты и октагон. Давай проверим, кто тут настоящий хозяин, — отрезал я.
— Уверен⁈
Кадров сблизился и уперся мне лбом в лоб. Я боковым зрение видел, как Игнат по-прежнему невозмутимо стоит у стены и не вмешивается. Тренер скрестив руки на груди, наблюдал за происходящим. Правильно, кстати, делал — Игнат был уверен, что мы справимся с выскочками и без него.
А вот этот Влади снова начал баламутить воду… я видел, как он опустил правую руку, которой ударил Мишу исподтишка. И теперь готовился пробить мне такой же неожиданный удар.
Вот только в отличие от Миши я был готов к таким фокусам.
Мгновение.
Кадров чуть отходит назад, чтобы пробить нежданчик. Его рука взлетает… и не долетает.
БАМ.
Я бью на опережение. С тем самым смещением, о котором сегодня рассказывал пацанам.
Кадров, удар совершенно неожидавший, складывается раскладушкой на пол.
Я был быстрее, хотя бить пришлось здоровой, но нерабочей рукой. Впрочем, хватило и этого. Срубило Вадю знатно, он распластался на полу без сознания.
— Саечку за испуг, — подмигнул я пацанам из его сопровождения.
Те на миг застыли, сначала не поняли, что произошло. Но потом ка-а-ак поняли и мгновенно стали агрессивными. Один из них резко шагнул к Шаме.
— Эй, слышь, удали запись, быстро! Никто это видеть не должен!
Остальные тут же подтянулись ближе, образовав полукруг вокруг меня и Шамиля, снимавшего все на телефон. Было очевидно, что они намерены любой ценой стереть провал своего друга. Самочувствие самого Кадрова их интересовало куда меньше,
— Телефон сюда, — потребовал самый наглый из компании и протянул руку, делая шаг к Шаме.
Но в этот момент наши ребята подтянулись ближе, встав со мной и с Шамой плечом к плечу. Атмосфера в зале мгновенно изменилась, повеяло массовой дракой.
Боковым зрением я уловил, как Игнат наконец оттолкнулся от стены, в которую до этого спокойно упирался плечом. Он резко поднес свисток ко рту и громко свистнул, прерывая надвигающийся конфликт.
Парни с камерами замерли на месте. Игнат неторопливо вышел вперед, холодно и спокойно глядя на каждого из них. Было очевидно, что здесь он авторитет, и это мгновенно почувствовали даже наши оппоненты.
— Ну что, пошумели? Хайпа взяли? — ровно произнес он. — Теперь слушайте внимательно. Запись останется у нас. Если что-то не нравится, могу прямо сейчас набрать вашего тренера и объяснить ему, чем вы тут занимаетесь. Уверяю вас, для вас это закончится не просто плохо, а очень плохо.
Он выдержал небольшую паузу.
— А теперь пошли вон отсюда. По-хорошему.
Оппоненты поколебались несколько секунд, явно взвешивая последствия. Наконец, поняв, что лучше не усугублять ситуацию, молча помогли подняться побитому лидеру и покинули зал, не проронив больше ни слова.
Я зашел в небольшое кафе, куда договорился подойти Саша Козлов-младший. Современные заведения до сих пор вызывали странное чувство — все вокруг слишком чисто, слишком технологично что ли. Порой даже кофе тут заказывают через мобильник в специальных приложениях.
Конечно, 90-е я в такой момент вспоминал с тоской. Тогда просто было — подошел к стойке, сказал: «кофе», получил напиток и сел. Без всякой мороки с приложениями и QR-кодами… хотя хрен его знает, как удобнее. Ах да — тогда еще говорил сколько ложек сахара тебе класть, а теперь вместо ложек и сахарниц шли стики.
За одним из столиков возле окна я сразу заметил Сашу. Он был одет строго, в темной рубашке и пиджаке. Вгляд его напряженно скользил по экрану телефона.
Я подошел ближе и негромко поприветствовал его.
— Привет, Саш.
Козлов поднял глаза, оторвавшись от экрана. Увидев меня, положил мобильник на стол, экраном вниз. Видно, чтобы я не видел приходящих уведомлений. Не доверяет? Вопрос. Впрочем, к делу не имеет отношение.
— Привет, присаживайся, — сказал он.
Я сел напротив него, ненадолго задумался, с чего начать. Но затем решил сразу перейти к делу.
— Ты же понимаешь, что я сам кровно заинтересован в том, чтобы убрать Хайпенко? — сказал я в лоб. — Этот человек нечестен, а воры должны сидеть в тюрьме, как ни крути.
Саша слегка нахмурился, явно обдумывая мои слова. Если он работал в органах, наверняка его там учили «считывать» собеседника. А если так, наверняка он делал это сейчас. Я говорил правду и только правду.
— Да, с этим сложно спорить, — наконец, осторожно ответил он. — Хайпенко действительно давно заслужил тюремный срок.
Я тоже положил свой мобильник на столешницу, но не стал переворачивать вниз экраном. Пусть младший Козлов видит, что мне нечего скрывать, ни от него, ни от кого бы то ни было.
— Только, Саш, — я положил руки на стол. — Хайпенко — это мелочь, хотя и раздражающая. У меня для тебя есть рыбка гораздо крупнее, чем Сергей. Интересно?
Он приподнял бровь, азарт на миг блеснувший в его глазах было ни с чем не перепутать.
Я разблокировал экран мобильника, ловя себя на мысли насколько это устройство стало привычным для меня. Сразу открыл фотографию Козлова-старшего. Ее я подготовил заранее.
Развернул экран в сторону Саши и показал ему снимок.
