— Я не знаю, что делать теперь, — честно призналась она, глядя мне в глаза. — Мне некуда идти. Если ещё с утра я была уверена, что Саша возьмёт меня на работу, то теперь всё это рухнуло… с лиги меня уволили без компенсации. Просто выкинули, и всё. Я рассчитывала, что после этого пойду бухгалтером в контору…
Она замолчала, улыбнулась, но отнюдь не радостно.
— А теперь у меня нет денег, чтобы даже платить за квартиру. Всё, что я строила несколько лет, рушится прямо на моих глазах.
Я почувствовал, как тяжело ей даются эти слова. Помолчал, давая ей время высказаться до конца. Она, как будто, ждала этого, чтобы наконец выплеснуть все свои эмоции.
— Что мне делать теперь? — Ира коротко пожала плечами. — Я думала, что смогу работать здесь, в Москве. Но сейчас… мне даже не за что платить за квартиру. Всё просто развалилось.
Ира спрятала лицо в ладонях, и я заметил, как её плечи задрожали. Она искала выход, но не могла найти его. Но надо отдать ей должное — девчонка нашла в себе силы, чтобы не разрыдаться.
— Я подумываю, может, купить билеты и уехать, — шепнула она. — На хрен свою мечту жить в Москве… я просто уеду. Ладно, я сделала то, что просил меня Саша. Мне пора.
Я наблюдал, как она собирает свою сумочку, достаёт деньги, чтобы закрыть счёт за почти нетронутый кофе.
— Забавно так получилось, мы же хотели встретиться и кофе выпить… — усмехнулась она.
Ира достала кошелёк, оттуда — деньги за кофе. Я видел, что у неё осталось всего несколько тысячных купюр. Скользнув взглядом по её пустому кошельку, я решил, что ей действительно нужно помочь.
Я прекрасно понимал, что если ты занимаешь деньги, то будь готов, что их больше не увидишь никогда. Но в этой ситуации было ясно, что ей не обойтись без помощи. Пусть она о ней и не просила, видимо, привыкнув со всем справляться сама. А ещё я чувствовал, что если не помогу ей сейчас — потом будет поздно. И что это как-то не справедливо, что со мной лига рассчиталась, а Иру, которая, грубо говоря, прошла со мной один и тот же путь, вышвырнули несолоно хлебавши.
Я вытащил из кармана деньги, отсчитал и, не раздумывая, положил их на стол.
— Ира, возьми.
Она сразу опустила глаза, заметив деньги. В её взгляде мелькнула смесь гордости и стыда. Ира медленно покачала головой.
— Нет, не надо, Саша… Я не могу. Я никогда и ни у кого не брала деньги.
Я почувствовал её внутреннюю борьбу. Она хотела принять помощь, но не могла перебороть свою гордость.
— Ира, — продолжил я. — У меня сейчас есть возможность тебе одолжить деньги. А у тебя есть время, чтобы их отдать. Я тебя никуда не тороплю. Возьми, на месяц здесь хватит.
— Но…
— Я тебя не спрашиваю и не предлагаю, а ставлю перед фактом, — отрезал я. — Найдёшь другую работу, что-то получше. А если нет, то ты всегда сможешь уехать.
Ира не сразу согласилась, но, наконец, тихо вздохнула и забрала деньги, взглянув на меня с благодарностью. Однако в её глазах было видно, как тяжело ей было принимать это. Вот тебе и стереотип, что такие «куклы», как она, живут за счёт мужика или мужиков.
— Спасибо, — искренне поблагодарила она. — Ты не представляешь, как мне это нужно.
Я не ответил, просто кивнул. Поймал себя на мысли — насколько всё-таки важно осознавать человеку, что ты в этой жизни не один. Я знал, что это не решит всех проблем Иры, но хотя бы немного облегчит ситуацию.
Я сам закрыл счёт, и мы вышли на улицу.
— Всё будет хорошо, — подбодрил я девчонку.
Ира улыбнулась в ответ, но было видно, что ей всё ещё тяжело. Я не стал задерживать её, да и мне пора было возвращаться в зал, где вовсю, но без меня, праздновали открытие «Боевых перчаток». К тому же на мобильнике уже висело несколько пропущенных вызовов от друзей.
— Игнат, уже иду, — заверил я, принимая вызов, когда он позвонил снова.
— Это хорошо, но я не затем звоню, — ответил Игнат и ошарашил меня: — Ты в курсе, что твой знакомый чекист объявлен в розыск?
Я замер. Слова тренера буквально повисли в воздухе.
— В смысле? В каком, на хрен, розыске?
— Ну в коромысле, Сань. Он в разыскиваемых преступниках висит!
Младший Козлов в розыске? Как это возможно?
— Прикинь, — продолжил Игнат. — Я тебе сейчас фотку пришлю, сам посмотришь! И да, давай скорее, а то мы все тут без тебя сожрём!
Игнат отключился. А буквально через минуту я получил сообщение с фотографией младшего Козлова, висящей на стенде в отделении полиции. Внизу красными буквами было написано: «РАЗЫСКИВАЕТСЯ».
Под этим, мелким шрифтом, было указано, что он разыскивается по статье Уголовного кодекса Российской Федерации.
Я стоял, глядя на изображение, пытаясь переварить происходящее. Всё выглядело как финальный акт в каком-то чёртовом драматическом фильме.
— День другой, дерьмо всё то же, — выдохнул я, наконец, выключая телефон.
Ситуация изменилась на полностью противоположную, и мне в кратчайшие сроки следовало понять, что делать дальше. Мысли закрутились, и я начал прокручивать возможные шаги.
