И сам, мысленно, вдруг осознал, что я пойду до конца, даже если придётся заплатить за это всем, что у меня осталось.
Я вернулся в свой номер. Дверь щёлкнула за спиной, отрезая гул коридоров, и сразу накатила тишина.
С самого начала шоу я заселился именно сюда и так и остался. Никто так и не сумел сместить меня, хотя шанс участникам выпадал пять раз. Смешно подумать, но комната будто стала для меня как крепость на этом реалити. Хотя многие бы, наверное, хотели попасть именно сюда.
Я уселся на край кровати, провёл ладонью по покрывалу и вдохнул глубже. Завтра финал. Последний бой… Теперь осталось встретить здесь утро финала — и можно выселиться.
А вот капельница сейчас была бы совсем не лишней. Тело гудело, как перегретый трансформатор. Я чувствовал, что силы у меня уходят быстрее, чем я успеваю их накапливать.
Я перевёл взгляд на пакет, который вчера вечером оставила у двери Настя. Там, среди прочего, лежал и нужный набор: система, физраствор, ампулы.
В этот момент в дверь как-то совсем уж робко постучали.
— Заходи, — сказал я, не вставая.
Дверь тихо открылась, и в проёме появилась Настя. Она держала в руках сумку и улыбалась.
— Ну что, готов? — спросила она, заходя внутрь и прикрывая за собой дверь.
— Если честно, я готов был ещё вчера, — усмехнулся я. — Только без тебя никак.
— Так, ну что, — сказала она деловым тоном. — Сейчас начнём тебя потихонечку восстанавливать. Завтра будешь как огурчик. Ложись удобнее.
Я усмехнулся, чуть подвинулся на кровати и вытянул руку.
— Спасибо, доктор, — пробормотал я.
Она только махнула рукой, но я видел, что ей приятно.
Настя расстегнула сумку, и я услышал тихий звон стеклянных ампул, шуршание упаковок. Она аккуратно достала систему, разложила шланг, проверила зажим. Сначала достала антисептик, потом вскрыла пакет с физраствором, подвесила его на импровизированный крючок у изголовья.
Я наблюдал, как её руки уверенно раскладывают систему, как она ловко вскрывает ампулы, набирает раствор.
— Держи руку ровно, — сказала она, уже надевая перчатки.
Я вытянул правую. Вены у меня были чуть вздуты после нагрузок. Она осторожно прощупала пальцами, надавила, проверила.
— Вот здесь хорошо пойдёт, — отметила и обработала место спиртом.
Игла вошла мягко, почти без боли. Настя зафиксировала её пластырем, потом подключила систему.
Прозрачная жидкость медленно потекла по трубке, и вскоре я почувствовал лёгкую прохладу, бегущую по вене. Это ощущение было знакомым и даже родным. Словно организм наконец-то получил то, чего ждал.
— Ну вот, — сказала она, откинувшись на спинку стула. — Пошло. Теперь расслабься.
Я посмотрел на неё. Она сидела спокойно, следя за капельницей, будто находилась не в гостиничном номере, а в палате.
Я прикрыл глаза, слушая ровный стук капель. Внутри становилось легче. Будто тяжесть, осевшая в мышцах и голове, медленно растворялась.
— Завтра будешь как огурчик, — повторила она.
Я улыбнулся краешком губ.
— С твоей помощью — точно.
Я закрыл глаза и выдохнул. Тепло разливалось по вене, медленно растекалось по телу, снимая усталость. Организм жадно впитывал каждую каплю. Голова, гудевшая после нагрузок и стресса, стала проясняться.
Я поймал себя на том, что впервые за несколько дней мне не хотелось ни о чём думать. Ни о финале, ни о Козлове, ни о том, что впереди снова придётся бить и быть битым.
— Засыпай, — сказала она так же тихо. — Организм сам знает, что ему нужно.
— Спи, солдат, пока дают, — хмыкнул я.
Она улыбнулась, но ничего не ответила.
Тепло разливалось всё шире, веки тяжелели. Тело сделало выбор за меня.
И я провалился в сон. Лёгкий, но глубокий…
Проснулся среди ночи. Сначала не понял, где нахожусь, но потом вспомнил, что я в гостинице, на шоу, меня ждёт финал с Феноменом. Тело было лёгким, капельница сделала своё дело.
Настя никуда не ушла, она сидела в кресле у стены, задремав прямо с телефоном в руке. Лицо у неё было усталым, но спокойным, волосы спали на плечо. Телефон в её руке светился. На экране застыло сообщение от Марика: «Спокойной ночи:)».
Я наклонился, коснулся её плеча.
— Настя, проснись, — шепнул я.
Она вздрогнула, открыла глаза и сразу попыталась выпрямиться.
— Ой… я уснула… — пробормотала она виновато. — Прости, я хотела просто проверить, чтобы с капельницей всё было нормально.
— Всё в порядке, — успокоил я. — Ты сделала своё дело. Спасибо.
Она улыбнулась сонно, кивнула и поднялась, собирая сумку. Я проводил её взглядом до двери. Прошёл к окну. За стеклом раскинулся сад — тёмные силуэты деревьев, подсвеченные редкими фонарями вдоль дорожек.
Мысли сами нахлынули. Я вспомнил девяностые — подвальные залы, облупленные стены, запах железа и крови. Тогда дрались просто, чтобы доказать себе, что ты можешь и выдержать. Сейчас всё выглядело иначе… мраморный особняк, свет, камеры, миллионы на кону. Но суть оставалась той же — завтра нужно будет выйти и доказать, что я выдержу.
Я знал, что завтра выложусь до конца. Как бы ни закончился этот бой, он должен был стать финалом. И не только шоу.
