Грузчики фыркнули, вернулись к своей работе, а я вернулся к Антону, держа банку в руке. В голове уже было понимание, как банка может пригодиться.
— Сань, а тебе это на хрена? — Антон покосился на банку в моих руках.
— В хозяйстве всё пригодится, — подмигнул я. — Пойдём?
Мы зашли на съёмочную площадку. Зал был освещён ярко, почти ослепительно. Лампы били сверху, концентрируясь на центре помещения — там в полукруге стояли ряды стульев. В центре там же были два кресла для ведущих, братьев Решаловых.
Мы расселись, следуя указаниям ассистентов. Моя команда села с одной стороны, команда Феномена расположилась напротив.
В воздухе чувствовалось напряжение, как перед дракой в подворотне. Каждый смотрел на каждого, будто собираясь сожрать с потрохами. В любой момент эти парни были готовы сорваться… И действительно сорвались. Один из наших протянул руку бойцу из другой команды для рукопожатия.
Тот даже не шелохнулся.
— Я тебя не уважаю.
Встали оба. Стулья скрипнули. В секунду искра превратилась в пожар, и началась потасовка. Столики с микрофонами едва не полетели на пол.
Ассистенты бросились в стороны, а Решаловы первыми вмешались. Братья действовали синхронно: Паша оттянул нашего бойца, скручивая, Лёша прижал пацана из команды Феномена к стулу за шкирку. Громкие голоса близнецов перекрыли шум.
— Сидеть! Всем сидеть! Здесь не подворотня, а шоу. Хотите драться — дождитесь ринга.
Бойцов рассадили по стульям, как школьников после драки на перемене.
Один из Решаловых обвёл взглядом зал и поднял микрофон.
— Итак, господа, — начал Паша. — Давайте начнём, пока вы друг друга не поубивали. У нас шестнадцать участников. Это значит, что будет восемь пар боёв.
Гул прошёл по стульям, но бойцы сидели спокойно. Каждый понимал, что сейчас назовут имена их соперников.
— Бои будут идти каждый день, — подхватил Лёша. — Первые три дня — по три пары в день. Седьмая пара выйдет на третий день.
— А пар-то всего восемь? — буркнул «Пахан», щурясь с ухмылкой. — Чё, есть те, кто заднюю даёт⁈
— Верно подмечено, — ответил Паша. — Заднюю никто не даёт, но через день у вас будут командные испытания на вылет. И будут те, для кого шоу закончится без боёв!
Бойцы зашевелились. Как и я, похоже, слышали о таком правиле в первый раз. Хотя я, признаться, не особо изучал организационные вопросы.
— Команда, которая выиграет, — продолжил Лёша, — получает право подарить иммунитет любому бойцу, даже проигравшему. Но у проигравших на испытании всё равно вылетает один человек. Таковы правила.
Камеры плавно скользили по лицам бойцов, фиксируя реакцию. Некоторые парни растерялись, на некоторых появилась довольная ухмылка. Ну а что — чем меньше бойцов останется, тем быстрее путь до финала.
— Ну что, готовы узнать соперников? — с улыбкой бросил Паша.
— Давай! Погнали!
— Первая пара первого дня: Феномен против Лёши Студента! — объявил Паша.
Феномен улыбнулся, тотчас вцепившись взглядом в пацана из моей команды. Того самого, с которым мы дружелюбно общались возле дверей кабинета директора. Лёхе соперник, похоже, не понравился. Я ещё не знал его спортивных регалий… но, судя по тому, как он сглотнул, он считал себя слабее Феномена. Зря он так реагирует — такой боец, как Феномен, считывает волнения, как из открытой книги.
Чтобы поддержать поникшего паренька, я потрепал его по плечу. Тот сдавленно улыбнулся в ответ, как будто уже проиграл свой бой.
— Вторая пара, — продолжил Лёша. — Пахан против Дэна Ракетчика!
Пахан поднял подбородок, хрустнул шеей, словно уже победил. И звонко хлопнул в ладони. Ракетчик провёл большим пальцем поперёк шеи, показывая, что сдаваться не собирается.
— И, наконец… — Решалов выдержал паузу, растягивая момент, чтобы зрители замерли. — Саша Файтер против Васи Шторма!
Камеры мгновенно переключились на наши лица. Я сохранял спокойствие, позволив себе лишь тень усмешки в уголках губ. А вот Васю Шторма аж перекосило злостью. Выглядел он так, будто был готов вцепиться в меня прямо здесь и разорвать…
И он действительно не выдержал. Грохнул кулаком по колену, вскочил со стула.
— Ну что, готов опозориться на весь зал⁈ Твои пацаны из подвалов не помогут тебе тут! — зарычал он.
Голос его срывался, но именно это и нравилось публике. Шторм начал размахивать руками, эмоции плескались через край.
Я сидел спокойно, не отвечал на его шум и только наблюдал, вскинув бровь, за его движениями. В подобных играх выигрывает тот, кто умеет ждать.
— Я не играю в цирк, Вась, — бросил я. — На ринге всё и узнаем.
Я протянул вперёд банку с огурцами, которые прихватил как раз специально по такому случаю.
— А пока… выпей-ка рассольчика, чтобы похмелье не мучало. Мне надо, чтобы ты вышел на ринг в лучших кондициях.
Секунда тишины — и все, кто присутствовал на съёмочной площадке, взорвались хохотом. Даже пацаны из команды Феномена и те начали ржать, как кони. Правда, делали это ровно до тех пор, пока Феномен не зыркнул на них.
