Супер держался свободной ладонью, лишенный трех пальцев из пяти, за жуткую рану на боку.
Из неё текла темная, нехорошая кровь.
Перебираясь через завалы, избегая проводов и разливающейся воды, Макдалов добрался до раненного. Он попытался набрать телефон службы спасения, но сигнала, разумеется, не обнаружилось.
- Ты совсем… не похож… на него… - произнес мужчина. - Мы… всегда… шутили над…этим.
- Вы знали моего отца? - Коста помнил, как все друзья и товарищи его отца всегда подтрунивали над Макдаловым-старшим на тему, что сын на него не похож. - Впрочем это не важно. Сейчас приедут офицы. Вы только продержитесь немного. Они вас мигом поставят на ноги…
- Ноги… - как-то странно произнес мужчина. - Значит это… судьба…
Он протянул окровавленную ладонь и накрыл ею предплечье Косты.
- Теперь это… твоя миссия… Коротышка.
И с этими словами мужчина вздрогнул и в последний раз вздохнул. Макдалов же, не понимая, что происходит, попытался снять с себя ладонь мертвеца, но в следующее мгновение боль, которую он испытывал прежде, показалась ему просто небольшим уколом.
Его изогнуло дугой и жуткий, звериный крик вырвался из бьющегося в агонии человека. В это время дымилась его плоть на левом предплечье, сгорая в пылающей крови мертвеца. На коже постепенно проявлялась черная татуировка, а сам Коста в очередной раз потерял сознание.
Уже уносясь куда-то во тьму, но слышал, как зазвучали сирены и крики людей, бегущих к завалам.
***
В наушниках играла любимая подборка электронной музыки. Чуть вспотевший после тренировки, окончивший девятый класс Макдалов сидел на берегу канала и жевал пирожное. Он смотрел, как гуляли весенним вечером молодые пары и столь же молодые родители.
Звучал смех. Кто-то спешил в торговый центр. Другие рассредоточивались по небольшим ресторанчикам и кафе, уже выставившим уличные террасы. Самым же мерзлявым они выдавали пледы.
Именно в такой и укутался Макдалов.
Он смотрел на людей. Таких разных, но объединенных одной чертой.
Все они старались не обращать внимания на высокую, бетонно-стальную стену, отделявшую город от внешнего мира. На ней несли вахту дозорные. Стояли какие-то артиллерийские пушки. Прожекторы неустанно били пучками света в небо и на землю - куда-то за пределы города.
Туда, куда раньше уходило Петергофское шоссе.
Туда, где раньше находился залив.
Коста видел фотографии у миссис Ташен, где они с мужем, молодые, стояли на берегу этого залива и смотрели на закат.
Теперь закаты в городе едва виднелись из-за стены. Ими могли наслаждаться только те, кто обитал в высоких башнях из стекла и металла в северной части и…
- Костя?
Он обернулся на голос. Рядом, с размазанной по щекам тушью и помадой, видневшейся на тыльной стороне ладони, стояла Лена Блиц. В футболке с какой-то разноцветной, крылатой пони и шортиками розового цвета. Такими короткими, что они едва закрывали её ягодицы.
На ногах были обуты пушистые тапочки в форме зайцев.
Лена жила где-то неподалеку.
- Замерзнешь, - только и сказал Коста.
Он отодвинулся в сторону и, не отпуская пледа, вытянул руку. Лена постояла немного на траве, а затем села рядом. Коста обнял её и продолжил грызть пирожное.
Какое-то время они сидели молча.
- Даже не предложишь? - вдруг спросила одноклассница.
- Ты ведь не ешь сладкое, - пожал плечами парень. - Фигура и все такое.
- А ты откуда знаешь?
- Слышал вас у кафетерия.
Под “вас” Коста имел ввиду подруг Блиц. Все они посещали одну и ту же секцию по спортивной гимнастике и пропадали в ближайшем фитнесс-клубе. Летом Коста, устраивая себе тренировки в парке, порой сталкивался с их кроссфит группой.
- Дай сюда, - Лена выхватила пирожное и, буквально не жуя, тут же его проглотила.
Они снова сидели молча.
- Иногда я тебе завидую, - она вновь затерла глаза, добавляя к туше на щеках, еще и помаду. Натурально индеец из кино. - Нет родителей и нет проблем с ними.
Коста промолчал.
- Они меня даже не хотят услышать! - в сердцах выкрикнула девушка. - Повторяют одно и тоже, а слышать не хотят. Думаю, что им все лучше знать. Держат меня за идиотку! А мне, уже, между прочим, пятнадцать лет! Я не маленькая девочка, чтобы указывать мне, что делать! Что хочу, то и буду делать…
Макдалов все так же молча смотрел на канал. Кто-то из малышей запустил там самодельные кораблики, и теперь целая гвардия ребятни кричала и подбадривала флотилию, направившуюся к
- Холодно, - поежилась Лена.
- Хочешь толстовку?
Коста протянул снятую им кофту. Блиц посмотрела на него, затем на толстовку, а потом куда-то им за спину.
- Ты ведь живешь неподалеку, да?
Макдалов кивнул.
- Можно я у тебя в туалет схожу? К предкам сейчас совсем не хочется, а в таком виде, - она оглядела себя и чуть улыбнулась. - не думаю, что меня куда-то пустят.
Коста пожал плечами.
- Пойдем. Туалета мне не жаль.
- А пирожное.
Пирожное было. Но Коста об этом промолчал. Сегодня ему тоже не хотелось оставаться одному.
