Поездки эти, предназначавшиеся, главным образом, для европейского общественного мнения, обставлялись очень пышно и усиленно рекламировались агентами Екатерины за границей. На этот раз ее сопровождала свита до двух тысяч человек и весь дипломатический корпус. По Волге, на галерах 20 мая 1767 года царица подъехала к городу Нижнему. Галеры остановились под стенами кремля.
Город был переполнен приезжими, жаждавшими взглянуть на повелительницу России, постоялые дворы были битком набиты, и даже, как говорит один автор, «множество опоздавших пришельцев, по недостатку квартир день к ночь жили на улицах»[24].
При оглушительной пальбе, под колокольный трезвон царицу пересадили в шлюпку и повезли на пристань, где дежурили губернатор и вся губернская знать. Ивановские ворота, через которые проезжала Екатерина, были украшены картинами, изображавшими ее «царственные подвиги». Спрятанные на воротах музыканты играли торжественный кант. По лестнице, устланной красным сукном, Екатерина проследовала в собор. После литургии обедали. Затем до самого вечера велись беседы с городской знатью. Царица ночевала в архиерейском доме, а на другой день каталась по городу и осматривала соляные амбары и прочие достопримечательности.
Костромин ждал случая представить ей Кулибина с часами. Он страстно хотел, чтобы представление носило «просвещенный характер», и внушил Кулибину мысль сочинить в честь приезда царицы торжественную оду. Костромин рассчитывал на то, что преподношение царице шедевра кулибинского мастерства и оды поможет выдвинуться Кулибину и ему самому. Губернатору тоже импонировал замысел Костромина. Можно было позабавить царицу, преподнеся ей диковинный подарок, и, кроме того, выказать свое попечение о самородках. В то время Екатерина усердно рекламировала свои «просветительные» и «либеральные» настроения. Она только что отпечатала знаменитый «Наказ», переписанный у Монтескье и Беккариа[25]. Комиссия по составлению нового Уложения, созванная ею, готовилась летом к торжественному открытию и законодательной работе. Выбранные в провинции депутаты уже съезжались в Москву. Екатерина усиленно переписывалась с французскими энциклопедистами, шумно заявляла о своих преобразовательных намерениях и всячески афишировала свою «любовь» к русскому народу. Искусством лицемерия Екатерина владела в совершенстве.
21 мая губернатор сговорился с приближенным царицы, директором Академии наук Владимиром Орловым, и Кулибина вместе с Костроминым представили Екатерине. Дрожащим от волнения голосом прочитал Иван Петрович свою торжественную оду:
Царица с интересом осмотрела необыкновенные часы, скромно одетого изобретателя из «низова града», похвалила талант Кулибина и обещала вызвать его в Петербург.
1768 год был последним годом Жизни Кулибина 6 Нижнем Новгороде. В следующем году он переехал в столицу.
27 февраля 1769 года купец Костромин привез Ивана Петровича Кулибина в Петербург. Сперва они явились к графу Владимиру Орлову, директору Академии наук. Граф оглядел их, подивился музыке в часах и назначил им явиться 1 апреля во дворец. Наряды царедворцев и пышность двора ошеломили провинциалов. Изобретатель положил к ногам царицы свои изделия: микроскоп, электрическую машину, телескоп и часы. Потом он прочитал новую оду, сочиненную специально для этого случая. В ней описывал он приезд Екатерины в Нижний Новгород.
Царица «допустила» их к руке, приветливо поговорила с Кулибиным об изобретениях, а с купцом о хлебной торговле.
