Цыплята Аманды – часть «Мими». Даже если она продолжает их рисовать во «Фрэнни», они там ни к селу ни к городу. Мэй снова посмотрела на давно знакомых Амандиных цыплят. Чтобы дети не скучали, во «Фрэнни» им тоже наверняка дают нарисованные Амандой странички-раскраски. Просто Мэй это раньше в голову не приходило. Вот так и получается: всю жизнь человека знаешь, думаешь, тебе про него все известно, а тут бац – и какие-то раскраски возьмут и приоткроют тебе завесу. И выходит, что у него еще какая-то жизнь есть, о которой ты даже и не подозреваешь. Она даже не сразу опять настроилась на Сабрину.
– Давай о тебе немножко поговорим. Ты здесь, ты приехала. Но ведь для тебя это не просто возвращение домой – это же настоящее возвращение к твоим корням.
Мэй осмотрелась вокруг. Она даже с матерью еще увидеться не успела, а Сабрина уже пустилась с места в карьер. И местечко для этого выбрала – лучше не придумаешь: на заднем дворе перед кухней. Мэй постаралась отвлечься и не думать о том, на каком фоне она в первый раз предстанет перед своими потенциальными фанатами и подписчиками. Она расправила плечи и открыто посмотрела в глазок камеры.
– Конечно. Я безумно рада вернуться в родной дом, быть здесь полезной, сделать все, что в моих силах.
– И чем же ты собираешься здесь заняться?
– Наверняка здесь нужно кое-что подновить. – В надежде, что камера пропустит треснувшие горшки с воткнутыми в них вилами, давно увядшими цветами и сухой землей, Мэй махнула рукой на чуть меньше заросший сорняками пятачок перед верандой. Надо бы сказать матери, что все это – тоже лицо «Мими». – Я и про меню много размышляла, – она взяла в руки меню и подставила его под камеру. – Меню у нас простое, может быть, даже немного чересчур.
За ее спиной Энди поставил на стол перед Мэдисон и Райдером тарелки с цыпленком, салатом, жареной картошкой и масляными лепешками.
– Что значит «чересчур»? – поинтересовался он.
Оператор перевел на него камеру, Сабрина сделала шаг назад, а Мэй судорожно вонзила ногти себе в ладонь. Обсуждать с этим парнем меню, да еще при первой встрече и прямо перед камерой, в ее намерения не входило. Но с другой стороны, убедил же он мать картошку фри самим делать, как во всех приличных заведениях.
– Так что, по-твоему, значит «чересчур простое»? – еще раз настойчиво спросил Энди. Мэй так и не поняла, что звучало в его вопросе, вызов или интерес?
– Мне, Энди, без сомнения, нравится, что в «Мими» готовят. – Она наклонилась и взяла кусочек картошки с тарелки Райдера. Сын запротестовал, но Мэй от него отмахнулась и со смаком положила ее в рот. – Объедение.
Энди выжидающе молчал. Судя по выражению лица, на лесть он не поддался. Что он о себе думает? Кто он тут такой, чтобы «Мими» от нее защищать? Тоже еще, нашелся страж репутации.
– Не припомню, чтобы в нашем меню многие годы что-то менялось. –
– А почему бы не сейчас?
– Ну, во-первых, матери здесь нет. Решает здесь все она. Я сейчас просто вслух размышляю. – Мэй приветливо и примирительно улыбнулась.
Но образумить Энди было невозможно. Он расправил плечи и воинственно выпятил грудь:
– Барбара хотела, чтобы ты приехала, потому что ты всю эту кухню с теликом и реалити-шоу знаешь, – он мотнул головой в сторону камеры. – Но на нашей кухне мы с Барбарой в одну дуду дудим: никакие перемены «Мими» не требуются. Что готовили, то и будем готовить, потому что лучше ничего быть не может. А с моцареллой пусть во «Фрэнни» выпендриваются.
Этого ей только не хватало! Энди явно видит в ней какую-то угрозу, да еще думает, что она ничего не смыслит в их с Барбарой деле. Нелепость какая-то! Она о меню всерьез даже пока не думала, хотя сделать тут что-то можно и нужно. Всюду только и разговоров, что о здоровой пище. Да и про меню она заговорила, только чтоб уйти от расспросов про «возвращение домой». Мэй инстинктивно скрестила руки на груди.
– Моцарелла тут ни при чем. И вообще, давай эти разговоры отложим. Мать подождем.
– Согласен, давай подождем. – Он повернулся и направился в кухню. – Ты же знаешь, она на моей стороне будет.
По-прежнему лучезарно улыбаясь, Сабрина вернулась на свое место, а Мэй посмотрела вокруг, пытаясь придумать, как бы закрыть эту тему. Она снова потянулась к тарелке Райдера и стянула у него последний кусочек курицы:
– Пальчики оближешь!
Протестующий вой Райдера заставил Сабрину и ее оператора отшатнуться, они поспешно заговорили о меню с каким-то посетителем, а Мэй тем временем потихоньку перекинула Райдеру кусочек курицы с тарелки Мэдисон – дочку гораздо больше интересовала картошка.
– Прости, дружок. Я тоже голодная. Надо было спросить у тебя разрешения.
Райдер всхлипнул и кивнул.
