Зрелище, представшее на холме, меня ничуть не удивило: конгрегация, собиравшаяся тут всего каких-то двадцать четыре часа назад на внушительную, но безобидную ассамблею, снова была на месте, в полном составе, сгрудившись вокруг плоской, столоподобной глыбы камня, лежавшей на самой вершине в окружении резных менгиров, чей почтенный возраст не могла скрыть даже ночная тьма. Схоронившись за купой деревьев, я наблюдал, как мой подопечный робко приближается к ним и, подойдя, судя по облику, к лидеру группы, что-то бормочет, низко склонив голову в самоуничижении и жалобно разводя руками. Когда он закончил, вожак, невысокий, коренастый мужчина лет шестидесяти, внезапно, без предупреждения впал в маниакальную ярость и принялся хлестать провинившегося по щекам, снова и снова, и остановился, только когда у него закончились все силы. Наш бандит, размером раза в два больше мучителя, кажется, и не думал давать сдачи. Он, способный в два счета стереть агрессора в порошок, вместо этого выбрал покорно сносить побои, взирая на коротышку с неизъяснимым почтением, столь же невероятным, сколь и абсурдным. Когда экзекуция наконец завершилась, пожилой
Я возвратился в особняк и доложил об инциденте. Колер все еще работал над нашим египетским документом, но оторвался от него, дабы выслушать рассказ, и покивал медленно и задумчиво, будто бы мои слова лишь подтвердили его понимание происходящего. Он отказался сообщать мне что-либо относительно попытки похищения кристалла или расшифровки Куркурского фрагмента, сказав только, что желает остаться один, дабы без помех закончить перевод. Тут я, однако, заартачился. При виде его изможденного лица и всклокоченной шевелюры, я понял, что мой друг пребывает на грани физического и умственного истощения и решительно заявил, что не дам ему больше работать сегодня вечером, велев взамен пойти и хорошенько выспаться. Колер был то ли слишком слаб, то ли слишком разумен, чтобы мне перечить.
На следующее утро ничего, ровным счетом ничего не говорило, что грядущая ночь увидит кульминацию и завершение ужасных событий, в которые мы волею случая оказались замешаны. Понимая, что раз Колер сумел взломать код Куркурского фрагмента, ему остается только сесть и перевести текст, а это работа кропотливая и долгая, и, значит, от моего присутствия в доме ему будет больше помех, чем пользы, я решил вернуться к собственным археологическим делам. Пролистав свой доклад, я обнаружил в нем ряд необоснованных утверждений, что можно было исправить, только обратившись к соответствующим источникам, и потому, не дожидаясь обеда, отправился прямиком в Оксфорд, где засел в собрании древних рукописей Бодлеанской библиотеки. Когда я закончил работу, день уже перевалил во вторую половину, а будучи сегодня сам себе господин, я решил освежить знакомство с прекрасным Оксфордом, где не бывал больше дюжины лет. Мои архитектурные вкусы тяготеют к высокой готике, так что немногие города способны удовлетворить мою потребность в прекрасном лучше, чем Оксфорд. Должно быть, я несколько часов прогулял там, любуясь зданиями и природой. Думаю, меня можно простить – не так уж часто эстетические прихоти берут надо мною верх… однако даже сейчас я содрогаюсь при мысли, что вернулся в Севернфорд буквально в последнюю минуту – еще чуть-чуть, и было бы уже поздно.
Около семи часов вечера я поужинал в ресторане и, наконец, решил, что уже потратил достаточно времени на всякие фривольности. Домой я прибыл в половине девятого. Утомленный прогулкой, я, вероятно, сразу же заснул, но пробудился минут через сорок пять. В первый раз за день я вспомнил о Колере, о кристалле и о Мередитовом Куркурском фрагменте – и решил позвонить другу и выяснить, как далеко он успел продвинуться. Что интересно, трубку никто не взял, хотя телефон успел прозвонить не один раз. Не мог же Колер отправиться на боковую так рано, да даже если мог – почему на звонок не ответил Мередит? Может, они оба отправились куда-нибудь, как я, по археологическим делам? Или не по делам, а удовольствия ради – вдруг Мередит решил воспользоваться шансом и хоть немного посмотреть Англию, пока он здесь? Вариантов была масса, так что какой смысл гадать? Эта загадка будет попроще других – чтобы решить ее, нужно всего-навсего отправиться лично к Колеру.
Я как следует побарабанил в дверь, потом покричал под окнами, зовя Колера и Мередита по имени – и не особенно удивился, когда мне никто не ответил. Я уже был готов прийти к выводу, что эти двое действительно куда-то отправились на пару, невзирая на поздний час, когда приметил нечто, не совсем уж дезавуировавшее мою гипотезу, но придавшее ей некий новый, любопытный и отчасти зловещий оттенок: Колеров автомобиль все еще стоял в гараже.
