Тройке Васанда повезло намного больше. К ним на огонёк не пришёл никто.
Нам осталось также тихо и незаметно добраться до дальнего холма, где нас должна дожидаться Наина. Времени у нас с огромным запасом, но терять его всё равно не хотелось.
Часть пути мы прошли в открытую, укрываясь за большими камнями и в трещинах. Самые опасные участки преодолели под прикрытием маскировочных амулетов, потратив последние капли ци в них.
Наина сама вышла нам навстречу, до последнего оставаясь невидимкой для всех нас.
— Удачно сходили? — выдала она одновременно с появлением.
— Тьфу ты, — сплюнул я, успев сдержать в последний момент руку с которой чуть не слетела Водяная Плеть. — Наина, не шути так. Не нужно вот этих эффектов, хорошо? Я тебе чуть голову не снёс.
— Простите, господин, я не подумала, — извинилась она. В её глазах проскочил запоздалый испуг. Кажется, она в самом деле не подумала о последствиях своей выходки. Ну прям непоседливый ребенок, а не баба, прожившая четыре десятка лет.
На холме мы задержались на несколько минут, чтобы получше перевязать Прима и напоить его с Ситарой зельями. Как только с этим было покончено, сразу же выдвинулись в путь.
С проводницей мы распрощались недалеко от Моста Лотоса. Я расплатился с ней честь по чести, добавив оговоренную ранее премию. После чего мой отряд направился в сторону Храма-Пирамиды. Не стану говорить, что дорога была лёгкой, но и чего-то особенного не встретилось, о чем можно было бы рассказать.
После того как оказались под стеной Храма, окружённые успокаивающим и оздоровительным свечением, я дал себе десятиминутную передышку. Затем умылся, переоделся в свою парадно-выходную одежду и направился в храм на аудиенцию к богине. Внутри меня всего потряхивало от мысли, что мне дадут от ворот поворот. Всё-таки в моём представлении три неразумных демонических твари могли выглядеть мусором в глазах сверхсущества. Моему отряду не составило особого труда их прикончить. Больше проблем доставили люди, которые их охраняли. Да, они были одержимы, как того требовали условия задачи. Но… Чёрт, не могу успокоиться никак! По сотому… нет, тысячному разу прокручиваю одно и то же в своей голове.
— Богиня, я выполнил твоё поручение. Вот головы трёх одержимых тварей, — громко сказал я, достав мешок с жуткими трофеями из пространственного амулета. Не развязывая, я положил его на алтарь. И только после этого спохватился: а не слишком ли кощунственно вышло? К счастью, обошлось.
— Я вижу, — раздался знакомый голос, который шёл со всех сторон.
Вышел я их главного храма спустя, наверное, час. Быстрым шагом и чувствуя, как меня слегка потряхивает от пережитого общения с Анджа́ли, я вернулся к товарищам.
— Малай, — позвал я здоровяка.
— Да, господин? — подскочил тот с земли.
— Пошли со мной. Богиня признала твои заслуги. Ты первым получишь дар небесного практика.
Лицо мужчины засияло так, что рядом с ним солнце показалось бы тусклой луной над мегаполисом, вечно затянутым смогом.
Возвысить здоровяка было моим решением. Богине было всё равно кому вручить самую ценную награду этого мира — небесное возвышение. В моих глазах Малай был наиболее ценной боевой единицей, которую требовалось сделать ещё более полезной и эффективной. Его опыт охотника, личная сила, воинские умения значительно укрепят мощь отряда, когда он станет практиком. Говорить ему и прочим, что это мой выбор, а не решение Анджали — я специально построил свою фразу так, чтобы подобная мысль зародилась в головах товарищей — не стал. Лишнее это. В следующий раз или вновь выберу кого-то отличившегося, или предложу тянуть жребий.
Малай пробыл в храме меньше часа. Вышел он преображённым. Первое, что бросалось в глаза — его новая броня. Богиня одарила его прекрасным ламеллярным доспехом из толстой кожи, пропитанной особым алхимическим составом, поверх которой были нашиты пластины из тёмной бронзы. Шлем бронзовый сфероконический, похожий на монгольский дуулга с небольшим козырьком. Бармица состояла из трёх больших кожаных лоскутов, густо увешанных мелкими пластинами размером с пятирублёвую монету Два боковых и один на затылке. Со стороны этот шлем походил на бронированную шапку-ушанку.
Но главное было во внутреннем изменении. Малай стал практиком смертного ранга, выбрав в качестве первого пути путь Тела. Это стандартное начало небесной стези для большинства практиков и почти всех воинов. Техники, направленные на собственный организм и берущие начало из организма, действуют дольше, сильнее и эффективнее всех прочих. А ещё потребляют меньше ци. Оно и логично: ведь для клеток ближе и роднее укрепление кожного покрова, упрочнение костей, повышение реакции, уплотнение и увеличение гибкости мышц со связками, чем пуск с голой ладони молнии либо струи огня.
— Такое событие нужно отметить, — заявил Прим и вопросительно посмотрел на меня. — Позволите, господин?
Отказывать в такой малости товарищам по оружию я не стал.
— Можно, — кивнул я в ответ.
