От древних руин до дома мы двигались со всей возможной скоростью. Ночёвки делали совсем короткие. Дневки буквально по сорок минут. Только чтобы немного отдохнули мулы. По пути девушка подбирала какие-то травки и корешки и скармливала их нашим животным. После этого с новыми силами мы пёрли вперёд.
— Не отравятся? — поинтересовался я у напарницы.
— До города доживут, а там плевать. Новость про орду намного важнее, — ответила она. — На выплату владельцу мулов нам демонские прихлебатели подкинули.
Девушка потащила меня в ратушу сразу же, как только мы сложили своё добро на складе и сдали животных владельцу. Тот мигом понял, что с теми не всё в порядке, но недовольные крики Мей задавила в зародыше, передав ему связку с медными монетами.
В ратуше, местной администрации я оказался впервые. Она представляла из себя квадратную башню с тремя этажами и высокой четырёхскатной крышей, под которой уместился жилой чердак. Меня с Мей отправили на третий, когда услышали про новость. Сначала мариновали больше двух часов в коридоре перед дверью чиновника. Потом тот примерно час дотошно расспрашивал о том, что мы видели, а писец строчил пером по бумаге, всё записывая.
— Саму орда, так понимаю, вы не видели? — в который раз спросил он.
— Да говорю же — нет, — в сердцах выкрикнула девушка. — Но там были четыре чёрных практика и демозы. И практики говорили, что собираются меня и господина Шена подарить своим хозяевам. А кто у них хозяева?
— Мы все отлично знаем, что служат они демонам. Но предатели могли всего лишь уйти в дальний рейд за рабами. И с собой прихватили тварей, чтобы проще было, — произнёс он. — Их появление так далеко от наших стен не говорит ни о чём. Орда, даже если существует, пройдёт мимо. Идти сюда через джунгли, а потом обломать зубы о наши стены, ха! Всё, ступайте, — он махнул рукой в сторону двери. — Ваше сообщение мы проверим. В ближайшее время отправим разведчиков.
— Засранец, — шипела сквозь зубы Мей на всём обратном пути. — Совсем в ратуше зажрались эти крысы. Не понимают, что орде просто некуда идти кроме как к нам!
На мои увещевания она не реагировала, костеря чиновников и проклиная орду. Немного успокоилась только дома, когда увидела Ра́ни.
— Что у вас случилось? — встревожилась травница, перебегая взглядом то с меня, то на сестру.
— У нас ничего, а вот у города скоро многое случится.
— Да что случилось-то? — вскипела Рани.
Мей только фыркнула и умчалась приводить себя в порядок. Пришлось мне пересказывать всё случившееся с нами в джунглях. Когда закончил с рассказом, вернулась лучница. Она закуталась в простыню-тогу и вытирала полотенцем мокрые волосы.
— Ботше нужна ещё неделя, чтобы полностью выздороветь и выдержать долгий путь. За эту неделю мы должны подготовиться к походу, — заявила она.
— Ты хочешь уехать из города? Куда? — удивилась Рани.
— В Тсатруканиш.
— Надолго?
— Навсегда.
— Но… почему? — растерянно спросила её сестра.
— Потому что возвращаться будет некуда, — повысила голос Мей. — Орда или захватит город, или разрушит его так, что жить будет негде. Даже если город отобьют, он всё равно превратится в развалины, и все жители его так и так покинут. Но я не верю, что от орды получится отбиться.
Я понимал отчего Мей не хочет остаться и сражаться за свой дом. Она спасала сестру. Выбирая между очагом и родной кровью, девушка сделала выбор в пользу последней, наплевав на гордость.
Недели враги нам не дали. К концу третьего дня на улицах начались волнения, которые едва не перешли в панику, которые волной шли от двух главных городских ворот. Первой новости узнала Рани. Она примчалась вся взлохмаченная, тяжело дыша и с шальными глазами на побледневшей смуглой кожи.
— Орда пришла, — прошептала она.
Через час глашатаи сообщили, что город переводится на военное положение, а население призывается в ополчение. Все торговые лавки и склады с важными товарами закрывались. Рядом с ними были выставлены посты стражи. Под эти меры попали кузни и мастерские с оружием, продуктовые объекты, пекарни, алхимические магазины. Позже объявили комендантский час. В первую ночь улицы освещались как никогда. Все фонари жарко горели. Торчали в креплениях дополнительные факелы. Какие-то особенные, горевшие по несколько часов. Представляли они из себя железную трубу с крохотной, размером с пол-литровую банку корзинкой из часто переплетённых медных прутьев, в которую набивалась резиноподобная очень мягкая масса. Она давала яркий и жаркий огонь с красным химическим оттенком. Такой я видел только на Земле в некоторых фейерверках.
