Слово «постмодернизм» все знают, но мало кто употребляет по прямому назначению. И если написать, что роман «Культурный герой» — блестящий образец постмодернистской прозы, потенциальные читатели испугаются, побледнеют и убегут на край света.Поэтому придется вычеркнуть страшное слово «постмодернизм» и сказать, что эта книга сродни баррикаде, которую построили дети, забравшиеся поиграть в сокровищницу мировой культуры и устроившие там не то потешный бой, не то настоящую революцию. Их первоначальные намерения не имеют значения, потому что дело кончилось апокалипсисом, а значит, игра удалась на славу.
Доблестным воинам ВКС:
Майку Гелприну,
Игорю Крамаренко,
Вадиму Турецкому
и Владимиру Данихнову.
Тем, кто разрушил Стену,
от павших в борьбе товарищей.
Это коллаж — обломок поверх обрезка
На старой доске в золоченой раме.
Размажут тебя по стенке, и получится фреска.
Патруль с овчаркой стоит на границе между мирами.
Последний, пятый век и род людской — железный. Он продолжается и теперь на Земле. Ночью и днем, не переставая, губят людей печали и изнурительный труд. Боги посылают людям тяжкие заботы. Правда, к злу примешивают боги и добро, но все же зла больше, оно царит всюду. Не чтут дети родителей; друг не верен другу; гость не находит гостеприимства; нет любви между братьями. Не соблюдают люди данной клятвы, не ценят правды и добра. Друг у друга разрушают города. Всюду властвует насилие. Ценятся лишь гордость да сила. Богини Совесть и Правосудие покинули людей. В своих белых одеждах взлетели они на высокий Олимп к бессмертным богам, а людям остались только тяжкие беды, и нет у них защиты от зла.
Жизнь подносила огромные дули с наваром.
Вот ты доехал до Ultima Thule со своим самоваром.
— История закончится, когда похоронят Онтихреста, — говорил Кир. — Когда Онтихрест сдохнет от скуки и ожирения сердца и его тело протащат и швырнут в ров или закопают в какой-нибудь траншее. Допускаю даже, что Онтихрест удостоится традиционной процессии, с плакальщицами и кадящим попом. И его зароют на кладбище, и колокола будут петь сладко и малиново.
Кир запустил камешек в воду. Утонуть в этой маслянисто-черной, тяжелой воде камень не смог и улегся рядом с брошенными прежде. Камешки падали один за другим и складывались в слово, и слово это было…
В городе властвовали дети и лисы. Лисы охотились на тушканчиков. Дети тоже охотились на тушканчиков, хотя и с более сложными целями. Свистнув к ноге Анжелу, Кир вышел на площадь перед мэрией. Анжела подбежала неохотно, будто предчувствовала сметливым собачьим разумом, что ей предстоит увидеть.
Дети на площади вершили суд правый, но скорый. Двое пацанов постарше, видно братья, велеречиво именовали друг друга Марко и Поло. С ними была еще мелкая шушера и даже две девчонки-подростка. На мгновение Кир испугался, что увидит здесь и Ирку, хотя и было это совершенно невозможно.
Малышня привязала тушканчика к столбу. Девчонка помладше аккуратно раскладывала вокруг зверька вязанки хвороста. Старшая облизывала ядовито-розовый леденец и прислушивалась к приговору.
— Мы судим этого тушканчика за клятвопреступление, — вещал Марко (хотя, возможно, и Поло), поминутно втягивая в нос сопли.
— Нет, — поправил его брат, — за ворожбу и клятвопреступление. И мерзкое ведьмовство.
— И приговариваем его к смерти…
— В очистительном огне…
— Как и велит закон…
— Закон такого не велит.
— Но предполагает.
— Намекает.
— Да какая разница! — возмущенно фыркнула девочка с леденцом. — И вообще, чего вы возитесь. Давайте уже поджигать, а то он выпутается. Зажигалка у кого?
Кир пересек площадь — Анжела трусливо жалась к его ногам, — встал за спиной у инквизиторов и поинтересовался медовым голосом:
— А что это вы тут делаете, маленькие негодяи?
Поло с Марко крутанулись на месте и недружелюбно уставились на Кира.
— Шел бы ты, дяденька.
— Куда?
Девчонка с леденцом тянула одного из близнецов за рукав:
— Пойдем. Ну пойдем, а? Дался тебе этот тушкан.
— А чего он лезет?
— Ну пойдем, другого себе поймаем.
Марко демонстративно сплюнул под ноги Киру, сунул руки в карманы и отошел вразвалочку. За ним последовали остальные. Поло, обернувшись, еще успел показать Киру из-за братниной спины кулак.
