Мужчины, тем временем, стремительно превращались в козлов. Или, если точнее, в сатиров с самых вульгарных картин на античную тему. Несмотря на прохладную погоду (ну ещё бы, уже ударили первые заморозки!) они, закатав рукава рубашек и развязав галстуки, носились вокруг воротцев, размахивая молотками, подталкивая друг друга и уже, кажется, забыв, что в игре должны принимать участие ещё и дамы. Даже Теобальд, до этого изо всех сил старавшийся показаться славным парнем, пару раз якобы случайно толкнул Томаса. Они, конечно, драться не будут, здесь так не принято, да и устроить скандал перед дамами — значит показать свою слабость, но были к этому максимально близки. По крайней мере, Том и Тео. Капрал догадался, что это — не его война, а следовательно — он в ней победил.
От новой порции синяков и ссадин «этих глупых мальчиков» спасла прохладная морось, которая с минуты на минуту угрожала превратиться в самый настоящий осенний дождь, длинный и жестокий. Пришлось спешно хватать юбки, воротца, молотки и мужчин и бежать обратно в дом. Никому не хочется случайно простыть перед вечерним праздником и предстоящим ритуалом.
— Нам потребуется горячая ванна, бренди и много сухих полотенец, — Джейн только мельком взглянула на раскрасневшегося капрала Беннета. Вернее на то, как тонкая рубашка облепила очертания его мышц. И тут же занялась тем, чтобы прикрыть всё это великолепие. Кассандра так же украдкой посмотрела на Тео — и тут же ощутила сладкий укол то ли желания, то ли чисто женского стремления позаботиться.
Про себя рассуждая о том, есть ли в этих уколах разница, Кассандра отправилась принимать ванну. Мужчины тем временем, судя по воплям и грохоту, отправились совершать набег на кухню. Шутка ли — добрых три часа гонять друг друга по холодной улице, изредка делая вид, что они играют с дамами в крокет. Интересно, хватит ли в кладовых хлеба и ветчины, чтобы притупить их зверский аппетит хотя бы до обеда, и не зарежет ли Томас Теобальда ножом для масла, стоит леди только отвернуться?..
Всё это было слишком нормальным для Саммерфилд-парка, который успел пережить множество кровавых ритуалов, военный госпиталь и целую череду потерь. Дом и его обитатели отвыкли от простых проблем зажиточной аристократии вроде любовных неурядиц, организации приёмов и отсутствия еды для нескольких здоровых лбов. Дом и его обитателей больше волновал глаз шепчущего в подвале, призрак Кровавого Герцога и одобрение Трёхглазого лиса. Волновало когда-то — но неизвестно, волнует ли сейчас, потому что хозяйка дома вдруг вспомнила, что у неё есть красивые наряды, подруги и огромная бальная зала, которой никто не пользуется.
Кстати о ней. Весь день горничные во главе с неутомимой и обаятельной Полин приводили её в порядок. Наступил День Кануна, а это значит, что и праздничное убранство должно соответствовать. Нужно было снять чехлы со всей мебели, помыть полы и натереть их свежей мастикой, проверить все лампочки в бесконечном множестве светильников и, конечно, развесить украшения. В этом году Полин остановилась на бумажных гирляндах в виде летучих мышей, венках из засушенных с лета колосьев и пышных драпировках всех оттенков золота и серебра. Кто сказал, что они не сочетаются? Просто нужно иметь вкус! У Полин, как у любой француженки, он был, поэтому гостям предстояло по меньшей мере удивиться, а лучше — замереть от восторга.
— Дорогая, кстати, ты поняла, кто победил в этой дурацкой игре? — в дверях будуара мисс Галер показалась гладко причёсанная головка Марии, — лично я — нет, но мы обе понимаем, что на мне тут свет клином не сошёлся.
— Подозреваю, что капрал, иначе отчего он такой радостный? — Касс только что закончила застёгивать многочисленные пуговки на запястьях и теперь пыталась нарисовать у себя на губах подобие модного бантика из журнала. Подруга застала её врасплох, рука дрогнула, и вместо изящного «лука Купидона» получилась какая-то оглобля от телеги. Придётся всё стирать и начинать заново.
— Ну знаешь, если бы победил Томас, он бы уже пришёл сюда заявлять свои права и бахвалиться, — Кассандра стёрла с губ неудачную линию и принялась рисовать новую, — я скоро буду готова.
— Мне посидеть с тобой на случай если твои двери придут осаждать распалённые крокетом кавалеры?