— И что ты предлагаешь делать с моей болезнью?
Как будто бы она знает! Но в этом-то всё и дело. Они всегда полагались только на сияющее светлое будущее, когда Шепчущий проснётся и решит все их проблемы. Никогда прежде культисты, эти прекрасные, одарённые всеми талантами (включая магические) люди не пытались взять жизнь в руки. Всегда находился кто-то, кто “знает, что делать”. Бесконечные врачи, знахарки, мудрые учителя, продавцы покрытых плесенью фолиантов — они-то были в курсе. Вернее, делали вид. Так почему бы бывшим шепчущим не открыть глаза и не попробовать наконец-то справиться со всем самостоятельно?
— Заглянем в книги, обратимся к монахам. Начнём делать хоть что-нибудь, — Кассандра глубоко вздохнула и заставила себя повернуться к старому другу, — если уж наших сил в теории должно хватить, чтобы открыть глаз ужасной твари из иной вселенной, то уж с твоим телом мы как-нибудь справимся?
— Ну уж ребёнка ты мне не сделаешь, — нервно хихикнула Мария, нахохлившаяся в соседнем кресле, — а это, сама понимаешь, для меня животрепещущий вопрос.
— Ты сначала мужа своего проверь. При всей моей любви к Бастору, может дело всегда было и не в тебе вовсе?
— Меня беспокоит, что мисс Доу нас покинула, — молчавший до сих пор капрал тяжело вздохнул. И обеспокоенное выражение лица именно этого человека заставило сердце Кассандры заныть с новой силой. Что она может ему ответить? Что сейчас откроются двери и мисс Половинка вбежит обратно, заливая подвижную половину своего лица слезами? Это враньё.
— Рано или поздно она всё поймёт. В конце-то концов, мы ей нужны, потому что я сомневаюсь, что старый хрен из Лондона будет беспокоиться об ирландской девчонке, которую продали её собственные родители.
— Какая ты меркантильная!
Тео положил руку на плечо напрягшейся было Кассандре. Не то чтобы это как-то успокаивало или ободряло, но большего в данный момент у неё не было. Довольствоваться нужно тем, что имеешь, сколько и что бы это ни значило.
— Я хочу сказать, что очень сомневаюсь по поводу того, что Шепчущему и ему подобным есть дело до нас. Они не в состоянии понять, что мы чувствуем, что нам приходится выносить и почему мы вообще этим терзаемся. Скорее всего, открыв все глаза, мы просто разрушим весь мир и всех убьём.
— И тогда никаких туфель? — Мария вопросительно и удивительно озорно изогнула брови.
— Никаких.
— И никакого кофе?
— Совершенно точно нет.
— В таком случае, я на это не согласна. Давайте ослепим эту тварь, она мне никогда не нравилась.
Камень с души — но кто сказал, что у них всё получится? Пусть Тео и одарённый, а сама Касс готова пожертвовать хоть всей кровью, чтобы навсегда оставить Иного бога без одного глаза, с большой вероятностью они подвергают себя во-первых смертельной опасности, а во-вторых — преследованию со стороны Трёглазого лиса.
Пусть сначала дотянется. Кассандра обожала своих родителей — но не является их продолжением и хочет отомстить тому, кто заставил их пожертвовать жизнью ради мерзости под Саммерфилд-парком. Пусть приходит.
Так или иначе, дело должно быть сделано, и отложить ритуал не получится при всём желании. Следующего полнолуния можно и не дождаться — если из Лондона прибудет Трёхглазый лис, взбодрённый рассказом Томаса, Сары и Джейн о том, что его любимая подчинённая вздумала учинить бунт, у них не будет ни единого шанса. Старик силён, что неудивительно, учитывая, что он положил на алтарь оккультных знаний большую часть своей жизни. Если Кассандре требовалось жертвовать целые пробирки крови, то ему хватало и капли на то, чтобы превратить свою жертву в комок перекрученных костей и мышц. Ни при каких условиях, в здравом уме и трезвой памяти, Касс бы не хотела переходить дорогу этому человеку. Но какой здесь может быть здравый ум? Никакого, конечно же — так или иначе дело должно быть сделано.
Время бежит слишком быстро — нужно успеть дорисовать круг, привести в порядок не только свои, но и чужие мысли, заставить всех поесть, впихнуть еду в первую очередь в себя. Потому что если ты собираешься весь свой хилый ресурс бросить на борьбу с ужасным межзвёздным божеством, пусть даже и в крошечном его проявлении, нужно быть к этому готовой. Физически невозможно приложить к спасению мира все усилия, если единственное, о чём ты в состоянии думать — это хороший кусок ростбифа.
Тео взял приготовления (мирские, а не оккультные) в свои руки, за что Касс была ему безмерно благодарна. Оказалось, что он не только на короткой ноге с поварами и старшей горничной, но ещё и отлично понимает, как намекнуть на то, что лучше всё делать чуть быстрее и благополучно отбыть в деревню к семьям. Якобы молодые люди задумали устроить модные нынче столоверчения и спиритические сеансы — лишняя энергетика в доме ни к чему. Слуги делали вид, что верят.