Значит, деньги. Если убить сначала Хлою, то Одри остаётся единственной наследницей. Если затем избавиться от Андрэ, а после и от мадам Буржуа, то после несложного генетического теста на всё имущество сможет претендовать одна Зои. А там уж и Вей Ли подсуетится, как единственный опекун девочки.
— Это всё так…
— Просто? — предположил Лука. — Или, может быть, ты хотела сказать «элементарно»?
— Я хотела сказать «убого». Неужели в Китае так мало платят врачам-онкологам, что Вей Ли решился на такую мерзкую подлость, как убийство подростка?
На это Лука только пожал плечами.
— Платят много. Но некоторым никаких сумм не будет достаточно.
— Это называется жадность.
— Да плевать как это называется. Зато из-за чужой убогости я встретил тебя.
Тен-Тен прищурилась. Лука не смотрел на неё, продолжая аккуратно вытирать её руку влажными салфетками. Пахло спиртом и мандаринами.
— Кот Нуар, кстати, справился с акумой, — сказал Лука, подняв на Тен-Тен взгляд.
Лицо у парня было спокойным, но вот губы выдавали.
— Главное, что ты справился со своим стопором, — ровно сказала она.
Куффен издал невесёлый смешок.
— Если честно, это было сложнее, чем я думал. Я отмотал время назад, к моменту, когда мы убили Ван Фу. И потом просто смотрел на то, как ты умираешь.
Тен-Тен этого не помнила. Для неё время оставалось линейным и невидимым, а события, о которых говорил Лука, просто не происходили.
— Надеюсь, зрелище тебе не понравилось.
— Пересматривал семь раз.
— Всё-таки понравилось?
Он сокрушённо покачал головой и мягко потянул Тен-Тен на себя. Она не сопротивлялась, позволяя перетащить себя на колени и обнять.
— Совсем не понравилось, — сказал Лука ей на ухо. — У меня сердце разрывалось каждый раз, когда Ван Фу убивал тебя.
— Мы знакомы не так давно. Просто напоминаю.
Снова смешок.
— Говори за себя. Со всеми моими отмотками я успел понять, что без тебя моё время — ничто.
После этих слов Тен-Тен обняла Луку в ответ. Повозившись, она умостилась в кольце его рук и обвила ногами торс. Так, сидя лицом к лицу, они некоторое время просто разглядывали друг друга, оставаясь в тишине.
Тен-Тен думала, что её «долго и счастливо», похоже, всё-таки запланировано этим мирозданием. Осознавать это было так же приятно, как надеть шубу в лютый мороз.
— До какого момента ты проживал со мной максимально? — спросила она, пальцами проведя по носу Луки.
— Около года, начиная с нашего знакомства.
— Почему не дальше?
— Не было смысла: Парадокс начинал жрать реальность.
— Почему мы не разбирались с ним раньше?
Тут Лука улыбнулся совершенно определённым образом — и сразу же получил от Тен-Тен затрещину в плечо.
— Пропустили шанс на победу, — пропел Куффен своим прекрасным низким голосом.
— Я бы сказала, что не пропустили, а…
— Мадмуазель лучше не выражаться, иначе мне придётся запихнуть в её рот кусок мыла.
Тен-Тен хрюкнула, пытаясь сдержать смех. Сделала только хуже, говорила улыбка Луки.
— Вот только мыло тебе в мой рот и засовывать, змей. По крайней мере пока мы не закроем всю эту тему с парадоксами.
Эта новость заставила парня побледнеть. Он с нескрываемым ужасом посмотрел на Тен-Тен. Даже улыбка Луки как-то увяла.
— Ты же несерьёзно сейчас, да?
— Абсолютно серьёзно.
— Это же тысячи вечностей без секса.
— Ничего не знаю, для меня пройдёт не больше года.
— Жестокая, жестокая женщина!
Ночь они провели вместе. Как Тен-Тен и обещала, никакой интимности: даже когда Лука принялся раздеваться, словно вытанцовывать, она всего лишь насмешливо подняла и бровь. Куффен не сдавался, и свою змеиную пластику начал сопровождать поистине волшебным голосом.
Когда дело дошло до снятия белья, Тен-Тен предупредила:
— Не остановишься — и я нанесу тебе непоправимую сексуальную травму.
— Ты меня что, ударишь?
— Слова порой хуже кулаков и железа, змейка.
Судьбу Лука решил не испытывать. И, судя по так и не погасшему похотливому огоньку в глазах, на этот раз время он не отматывал.
Утро началось громко и печально. Луки уже не было, кровать без него остыла, а в комнаты Хлои, портя ковры шпильками, вновь ворвалась Одри.
Хотя Тен-Тен успела не только сходить на пробежку, но и позавтракать, она всё равно была не рада подобному визиту. Да, в расписании у неё на понедельник было запланировано «Великое Посещение». Но, говоря откровенно, Тен-Тен рассчитывала, что посещать кого-то Одри будет в одиночестве или в компании второй дочери. Иначе зачем она её рожала?
К сожалению, в рамках пиар-акции «Я хорошая мать», Одри помнила про своего первого ребёнка. И для Великого Посещения ей непременно была нужна именно Хлоя.
Она так и сказала:
— Ты мне непременна нужна, Зоя!
Тен-Тен, пьющая в этот момент чай и одну за другой удаляющая фотографии Ледибаг с телефона, на этот пламенный призыв даже не отреагировала. За спиной Одри, переминаясь с ноги на ногу, стояла Зои, — не Зоя, — и разглядывала убранство кухни. Судя по завистливому огоньку в глазах, американо-китайская девочка не могла похвастаться такими же жилищными условиями.
