— Макс! Возьми себя в руки! Ты же сейчас сожжёшь все меридианы!
Мимоходом отметив, что Виш волнуется не о Вязовой или о дворце, а о моей энергоструктуре, я усилием воли втянул в себя огонь. Вот только пламя, несмотря на все мои усилия, и не думало растворяться во мне.
— Это всё Праведная Ярость, — проворчал Виш. — Зря ты её выпустил.
«Да неужели… — мысленно процедил я. — Лучше подскажи, как быть».
— А никак, — ошарашил меня Виш. — Всё, что ты можешь — стянуть её в одну точку, но долго ты её не продержишь, Макс.
«А мне долго и не надо, — отозвался я, стягивая огонь по совету Виша. — Хватит и недели».
— Ну-ну, — проворчал Виш. — Ещё раз так сорвёшься и всё. Пиши пропало.
«Разберёмся», — отмахнулся я, прессуя яростное пламя в точку.
К счастью, моя воля оказалась сильнее, и спустя несколько минут, у меня под сердцем появился пульсирующий сгусток огня.
— Макс Павлович? — с опаской протянула спрятавшаяся за столом Вязовая. — Вы… в порядке?
— В порядке, Ирина Олеговна, — выдохнул я. — Не переношу несправедливости… Значит, говорите, через три дня этот… золотой брак можно будет списывать?
— Всё верно, — Вязовая убедилась, что моя вспышка гнева осталась позади, и села в кресло. — Те, кто это устроил, заручились протоколом дворцовой стелы. С одной стороны, максимальная безопасность — никто и не подумает, что деньги могут храниться у Империи под носом. С другой — они не могут нарушить договор.
— Постойте, Ирина Олеговна, — я понял, что меня смущало всё это время. — А как вы вообще нашли эту схему? Сомневаюсь, что это… открытая информация.
— Два слова, Макс Павлович, — победно улыбнулась Вязовая. — Монетный двор и брак. Судя по моему опыту, это и есть взятое взаймы золото.
— То есть, вы не уверены? — уточнил я.
— Уверена, — не согласилась Вязовая. — Но всё, что у меня есть — это умозаключения и не связанные на первый взгляд зацепки.
«Виш, что думаешь?».
— Никто бы не стал заключать трёхлетний контракт с дворцовой стелой просто так, — продублировал мои мысли фамильяр. — Я думаю, аудитор права.
— Значит так, Ирина Олеговна, — я шагнул к столу, отчего Вязовая инстинктивно отпрянула к окну.
Её манёвр не укрылся от моего взгляда, и я нахмурился.
— Не переживайте, Ирина Олеговна, всё под контролем.
— Нисколько не сомневаюсь, — кивнула Вязовая. — Знали бы, как страшно вы выглядите со стороны, Макс Павлович. Я уж думала всё…
— Сейчас не время и не место обсуждать мою вспышку, — прервал я аудитора. — Давайте по делу.
— Да, давайте.
— Итак, через три дня Империя должна заплатить по обязательствам или признать себя банкротом, так?
— Так.
— И через три дня открывается доступ к золотому, м-м-м, браку, так?
— Так.
— Далее, отвечает за эту схему минфин, верно?
— Не совсем, — поправила меня Вязовая. — Минфин выступает в качестве отдельного игрока на финансовых рынках, а конкретно за эту схему отвечает заместитель министра финансов. Это прописано в заверенном Сенатом законопроекте «О независимой финансовой экспертизе имперской казны».
— Хорошо, — кивнул я. — И у вас есть план, как не допустить банкротства Империи, сохранив при этом золотой запас. Но для этого вам нужен один миллион. Так?
— Всё верно, — подтвердила аудитор.
— В таком случае, — я навалился на столешницу и посмотрел Вязовой в глаза. — У меня всего один вопрос. Как?
— О! — в глазах аудитора вспыхнул азартный огонёк прожжённого финансиста. — Мне понадобится помощь вашей гвардии, охранного агентства Огненная стража, уличных мальчишек и Колизея.
— Всё будет, — заверил я Вязовую.
— Тогда слушайте, Макс Павлович, — губы аудитора тронула полная предвкушения улыбка. — Вот что мы с вами сделаем.
Два дня пролетели словно миг.
Казалось бы, сорок восемь часов — это ж уйма времени! Но по факту минус время на сон, минус на дорогу, на еду, и вот, на работу остается каких-то шестнадцать часов.
Но это у обычного человека.
Я же себя обычным не считал и решительно выкинул из жизни все лишнее.
Вопросы по протезам, играм, жароходам, ресурсам, косметике и так далее скинул на своих директоров — раз.
Все встречи не касающиеся службы или делегировал Камневу, или перенес на более поздний срок — два.
Каждый прием пищи совместил с деловой встречей с полезными мне чиновниками — три.
Урезал сон до четырех часов в сутки — четыре.
Ну и, конечно же, выстроил строгое расписание, которому неукоснительно следовал — пять.
И все ради сегодняшнего дня!
Завтра истекал срок платежа по долговым обязательствам Империи. И завтра же должен был разблокироваться доступ к «золотому браку».
Но для того, чтобы завтра все прошло строго по плану, сегодня мы собирались реализовать предложенный Вязовой план.
Сам план был до гениальности прост — Вязовая собиралась апеллировать к закону «О независимой финансовой экспертизе имперской казны». Другими словами, мы намеревались опередить Любова и стоящих за ним дворян.
И не просто опередить, но сделать это красиво.
