— Главное, не паникуй. Я тебя обязательно из нее вытащу. Потерпи совсем чуть-чуть, мой птенчик.
— Чтобы я без тебя делал, любовь моя.
— Кому ты там так страстно изливаешься в своих пылких чувствах вот битых пять минут? Я даже почти приревновала. — на кухню опять по пути из ванной зарулила Одувалова, с мокрыми волосами, в блестящих каплях воды на открытых участках обнаженной кожи и завернутая от груди до бедер в МОЕ банное полотенце.
Я как раз делал отбой последнему звонку и успел подметить на дисплее трубки точное время длившегося разговора. На него ушло не больше двух минут.
— Твое извечное кошачье любопытство и нездоровая тяга подслушивать чужие разговоры когда-нибудь выйдет тебе боком. И какого хера ты до сих пор в моей квартире и снова у меня на кухне?
— Ну вот, в который раз обманулась на твой счет. Думала, он и в правду перед кем-то душу рвет, изнемогая в приступе неразделенной любви, а он, как обычно дурачка клеит. Как я могла забыть, какой же ты на деле неизлечимый социопат. Хотя, нет, вру. Такую любовь невозможно не заметить и не оценить по достоинству. Любовь к своей обожаемой квартире. Но тут даже я не способная тебя осуждать. Будь у меня ТАКАЯ квартира, я бы тоже сходила по ней с ума.
— Одувалова, ты не ответила на мой вполне конкретный вопрос. КАКОГО-ХЕРА-ТЫ-ВСЕ-ЕЩЕ-ЗДЕСЬ.
— Господитыбожежмой. Зашла попрощаться и прихватить что-нибудь нам с Леркой пожевать. После твоего кофе хочется сожрать как минимум слона средних размеров. — она действительно прошлепала босиком до моего двухкамерного бежево-бронзового холодильника и как ни в чем ни бывало полезла внутрь его весьма вместительного чрева чуть ли не буквально.
— Внизу, между прочим, находится минимаркет с кафешкой. Туда зарулить по дороге религия не позволяет?
— Хватит бурчать, Стрельников. Съешь шоколадку или найди свою Стрекозу. С твоими-то возможностями, это что два пальца об асфальт.
Она это специально, да? Хочет довести меня до неизбежного срыва?
— Вали уже отсюда, Жанка, подобру-поздорову, а то я за себя не ручаюсь.
— Ладно, уговорил. Тем более с тобой таким даже говорить не интересно. Провожать не обязательно. Выход я помню где.
Она еще состроила обиженную рожицу. В следующий раз, если позвонит, точно пошлю.
Слава богу обе красавицы ушли из моей квартиры меньше, чем через десять минут, и только после этого я со спокойной душой отправился в кабинет на поиски нужной визитки, ожидавшей своего звездного часа вместе с остальными в одном общем месте — в шарообразной хрустальной вазе, подаренной матерью на мое новоселье. Хоть подо что-то пригодилась.
Искать пришлось не так уж и долго. А ведь было время, когда я думал всю эту макулатуру благополучно вытрусить в мусорный стояк. Главное, чтобы номер не сменился, а то копаться в интернете в поисках сомнительных агентств еще и сегодня, как-то совершенно не тянуло.
— Константин Мережин, агентство "Сокол" слушает.
Как удачно я попал, буквально со второго гудка.
— Константин, добрый день. Это вас Стрельников-младший беспокоит, если вы еще таких помните.
— Откровенно говоря, такую фамилию сложно забыть и людей ее носящих. Чем могу быть полезен?
— Да вот даже не знаю с какого бока начать или зайти. Чувствую себя по данному поводу немного не в своей тарелке. — да, что-то такое я определенно чувствовал, хотя и сомневался, что меня пошлют. Насколько я помню Мережина, тот хоть и был прямолинейным, без каких-либо перегибов в простом, как отшлифованная доска, характере, но едва ли он станет пускать на ветер свои профессиональные навыки на выполнение эфемерных заказов. Скорее, просто откажется и посоветует никуда больше не обращаться, чтобы не тратить в пустую ни своих денег, ни свободного времени, коего у меня и без того на вес золота.
— Никогда еще до этого не обращались в сыскное агентство?
— И это, кстати, тоже. Видел только в фильмах. — я нервно усмехнулся, прекрасно осознавая, что говорю совсем не то, что нужно. Кто бы мог подумать, что Кир Стрельников способен так нервничать. А, главное, из-за кого?
И как не кстати диафрагму начало крутить почти забытым чувством гребаной тоски. И ведь было за что себя корить. Чтобы так облажаться, не зная в последствии что же делать дальше. Неужели это тот самый неизбежный синдром среднего возраста? А не рановато ли?
— Ну, вы начинайте, а там уже посмотрим, как ляжет. Только не думайте, что ваша "просьба" будет какой-то невероятно специфической и из ряда вон выходящей. Могу вас заверить сразу, это далеко не так.
— Вы так уверенно об этом говорите, будто уже знаете наперед, чем я начну вас сейчас грузить.
— Если мне не изменяет память, вы совсем не похожи на человека, который кинется искать "похищенного" слона или девочку-виденье с ретро-фотографий.
В этот раз я невольно рассмеялся в голос как-то уж очень натянуто с окончательно подрезанной уверенностью.
— Как знать, как знать. Не хочется вас разочаровывать в своей наблюдательности, но именно о девочке-виденье я и собирался с вами говорить.
