Услышь я такое признание хотя бы месяц назад, наверное, бы летала от счастья и лыбилась, не переставая, во все тридцать два. Сейчас же… каждое слово Кира о его чувствах ко мне, как выстрел в упор — раскаленной шрапнелью в сердце, режущим проникновением-рассечением в подыхающую душу… Потому что… если он не повторит мне все это глаза в глаза через несколько дней… я точно не выживу…
Впервые ее трясло, как, наверное, трясет всех смертников во время преодоления последних шагов к электрическому стулу или камере смертников для расстрела. К тому же, она не совсем понимала, на кой должна была ехать посреди ночи, пусть и в самый многолюдный даже в позднее время центральный район города с самым ярким ночным освещением улиц. С таким же успехом она могла все передать на словах по телефону, как и получить денежный перевод на личный банковский счет по безналу за проделанную до этого работу. Но, разве кто-то станет спрашивать, что и как ей лучше делать? Это же не она платит за "музыку", и не она заказывает нужную "песню" в желаемом исполнении. Раз попросили (да, именно, попросили, а не приказали требовательным тоном в срочном порядке) подъехать по уже знакомому адресу лично, значит, надо выполнять данную "просьбу" беспрекословно. Страшно тебе или наоборот, распирает от непомерного любопытства с бурлящим в жилах азартом — твоему заказчику на деле и на все это банально наплевать. Твои личные интересы тут никого по ровному счету не волнуют. Сделаешь это и через нехочу, наступив себе буквально на горло и выжав из последних сил самую искреннюю улыбку, на какую только способна.
И не вздумай показывать насколько тебе сейчас страшно, и до какой степени тебя разбивает изнутри сумасшедшим тремором зашкаливающей паники. Стоит только показать свою слабость, и что ты в действительности далеко не безмозглая дурочка, считай — подписала себе смертный приговор собственной рукой.
— Может лучше было встретиться днем?.. Или поговорить по телефону? Завтра же понедельник, рабочий день, условно — самый тяжелый день в неделе.
Да и не понравилось ей, как ее тут встретили. Вернее, вообще не встретили, буквально вынудив самой чуть ли не на ощупь красться по огромной гостиной номера, скудно освещенной лишь небольшим количеством ночников на самой низкой мощности. Не увидь она силуэт хозяина пентхауса практически в самом конце комнаты перед бесконечным пролетом панорамного окна, тыкалась бы, наверное, еще минут десять, как тот слепой котенок, не зная, куда смотреть и где искать. Так что предчувствие ее не обмануло, можно сказать, еще по пути к отелю. Жаль, что она так и не рискнула к нему прислушаться. Хотя, в ее положении, всегда сложно угадать, как и сделать единственно правильный выбор.
И то, что Глеб Стрельников стоял все это время лицом к окну, со спрятанными в карманах брюк руками, ни разу не обернувшись за все то время, что ей пришлось потратить на преодоление немаленького до него расстояния, говорило только об одном. Да, ее ждали, но так, как и положено ждать "людей" ее уровня, без каких-либо поблажек и излишнего на ее счет внимания. Просто ждали, не проявляя к предстоящей встрече ни должного интереса, ни хоть каких-то маломальских эмоций. А ведь она сюда совершенно не рвалась, тем более в такой поздний час.
— Завтра я буду занят весь день и о вероятности проведения подобных встреч в своем забитом под завязку рабочем графике даже и не вспомню. Скажи спасибо, что выделил для тебя хотя бы сегодня несколько свободных минут и далеко не на телефонный разговор. По-моему, такие вещи должны быть более, чем очевидны.
Казалось, он не просто подловил ее за необдуманные слова с неуместными вопросами, но и выложил, как на духу свой едкий ответ, в виде царской подачки. Объяснил непутевой дурочке, где ее истинное место, а где он, в том числе и кто. Хотя, действительно, мог все выяснить по телефону, а не ждать собственной персоной посреди ночи в дорогущем гостиничном номере, как при их первом знакомстве. Раз он решил потратить на нее свое личное время, даже не приглашая, как раньше на ближайший к нему диван и не угощая марочным коньяком, она просто обязана была оценить данное к ней снисхождение, как и должно представителям ее статуса — раболепно, молча, с восхищенным предвкушением перед предстоящим разговором. И не забыть поблагодарить за то, что он вообще соизволил к ней обернуться и даже сделать в ее сторону несколько неспешных шагов. Пусть и без радушной улыбки от гостеприимного хозяина.
Но, уж если говорить начистоту в том же духе, то лучше бы он не оборачивался.
